– Но, профессор, тем самым вы посягаете на нашу свободу. – Данко лукаво улыбнулся. Гесин строго посмотрел на своего любимого ученика, глазами говоря, мол, даже не думай, а тот и не думал, не думал бросать своего профессора.
– Вы ошибаетесь Данко. В моем классе действуют правила, а то, что предлагаете Вы, попахивает анархией. Кстати, чем отличается свобода от анархии? – Георги?
– Ну… свобода более осознана, понята, анархия же – по сути хаос и ведет к разрушению.
– Вот! То есть, свободу нужно еще и осознать, принимая вместе с величайшим даром и ответственность. И она тоже будет свободой. Марк, как вы понимаете свободу?
– Быть тем, кем я хочу, делать то, что хочу.
– А если Ваши поступки вредят окружающим? Может ли желание совершать то, что вздумается, быть оправданием?
– Нет, профессор.
– Когда Вы это поняли?
– Сегодня.
– Так… Данко, поясните, что есть свобода выбора?
– Пожалуй, осознание возможных последствий и готовность заплатить за это.
– Как интересно. А что с правом вмешиваться в чужую жизнь?
– Профессор, но следует разграничить понятия вмешательства и дружеской помощи.
Хранитель социальной обстановки до этого плотно сжимавший губы, резко поднялся.
– Позвольте вопрос! Какое отношение тема семинара имеет к учебной программе, профессор Гесин?
– О, самое непосредственное! Мы, знаете ли, господин ограничитель, уделяем самую малость времени изучению истории, утраченных искусств, ведь нужно обладать глубокими познаниями, так сказать, базой, чтобы создавать нечто полезное для социума.
– Тот студент хочет что-то сказать.
– Данко?
– Спасибо, профессор, господин Ограничитель. Я не договорил о свободе выбора. А что, если мы не хотим сосредоточиться на полезном, что, если мы хотим создавать прекрасное?
– А в каких целях, молодой человек, кому польза от этого Вашего прекрасного? Стишки? Музыка? Драма? Со временем они перестанут существовать за ненадобностью. Мы, как раз, работаем над новыми ограничениями. – Ограничитель самодовольно откинулся на спинку скамьи.
– Как же быть со свободой?
– Вы, юноша изволили говорить о выборе, так вот, Социум по своей воле откажется от этой чуши. – Хранитель социальной обстановки давно не был так зол. Марк был прав. Прямо под носом у Совета, у департаментов, процветало это… беззаконие. Того, что он услышал здесь более, чем достаточно.
– Того, что я услышал здесь более, чем достаточно, чтобы привлечь Вас, профессор Гесин, как Вы там любите говорить, к ответственности. Вы возомнили себя свободным гением и ввели в заблуждение невинных детей. Разумеется, это и наше упущение. В ближайшее время в Академии пройдет комплексная проверка, по результатам которой, будет принято решение о целесообразности дальнейшего существования данного заведения. А сейчас… – Ограничитель щелкнул пальцами, и в аудиторию вошли пятеро в серых мантиях. – Какой бы цирк, Гесин, Вы не решили устроить напоследок. О, да, я был в курсе того, что Вам известно о нашем незапланированном визите, как и всего остального, чем Вы и некоторые ваши ученики занимаетесь. И в независимости от Ваших россказней, был намерен произвести задержание. Семинар окончен. Рекомендую всем оставаться на своих местах.
