Мой спаситель полностью

— Прочь! — заорал капитан, с грохотом опуская кружку на стол. Любопытствующие кинулись врассыпную, как кости по игральному столу. — Итак. — Эль Галло вытер рукавом пену с бороды. — Какое же предложение имеет в виду король Филипп, а?

Дункан подозрительно огляделся по сторонам и заговорил так, чтобы его мог слышать один Эль Галло:

— Слава о ваших подвигах дошла до Филиппа. Он заинтересован в том, чтобы нанять вас.

— Нанять меня... — проворчал Эль Галло, громко рыгнув.

— У Франции есть враги, — доверительно поведал ему Дункан, и ложь легко полилась с его губ, — враги, случись с которыми... несчастье, Филипп был бы несказанно рад.

— Несчастье? — с сопением повторил капитан, и его глазки подозрительно прищурились.

— Незначительное, по сути, — поспешил он уверить Эль Галло, осторожно подбирая слова. — Франция не будет возражать против того, чтобы даровать вам прощение в случае, если вы, например, но ошибке... облегчи те груз некоторых вражеских кораблей во французских водах. Я полагаю, что небольшой штраф, скажем, в половину того, что вы сумеете забрать, вполне удовлетворит Его Величество.

Эль Галло, в задумчивости поглаживая бороду, даже не старался скрыть жадный блеск в глазах. Дункан был уверен, что хитроумный пират уже замышлял убить его и каким-то образом присвоить себе все доходы. Но все это не имело значения. До этого никогда не дойдет.

— Как вы нашли меня? — недоверчиво поинтересовался Эль Галло.

— Девушка, — быстро ответил Дункан. — Филипп узнал о тех злосчастных каперских свидетельствах, которые ей удалось получить в прошлом месяце в Лондоне. Он знал, что вы не оставите ее безнаказанной. Мне было приказано последовать за ней и ожидать, пока вы сделаете первый шаг.

Эль Галло снова наполнил кружки элем.

«Святая Мария, — подумал Дункан, — мне придется гореть и аду за ложь, которую наговорил только за последний день». Она слетала с языка с такой легкостью, словно это была святая правда. Тем не менее все это оправдает себя, если наконец удастся отделаться от зловещих Эль Галло и Сомбры и спасти Лине де Монфор. «Кстати, — с издевкой подумал он, — за такие деяния я, может, удостоюсь звания святого покровителя торговцев шерстью».

— Тогда doncellaвам больше не нужна. Почему же вы помешали Сомбре заняться ею? Теперь она принадлежит ему, — внезапно бросил ему вызов Эль Галло, тем самым прервав размышления Дункана.

— Правда? — Дункан приложился к своей кружке с элем, чтобы выиграть время, а потом покачал головой. — Филипп сам прилично вам заплатит за ее возвращение. Видите ли, она успела насолить и ему, за это ей придется ответить, вы уж мне поверьте. Боюсь, что этот Сомбра... он может повредить ей. За испорченные товары Филипп платит мало.

Эль Галло только что-то проворчал в знак согласия.

— Думаю, будет лучше, если девушка останется под моим присмотром, пока мы не достигнем... Фландрии. — Это был выстрел вслепую. Во Фландрии были де Монфоры. Вероятно, они были родственниками Лине.

— Фландрия! — воскликнул Эль Галло. — Мы плывем в Испанию.

Дункан стряхнул с рукава невидимую пылинку.

— Разумеется, Филипп предпочел бы воспользоваться вашими услугами, — доверительно поведал он, — но если вас ждут более срочные дела в другом месте...

— О нет, — поспешил заверить его капитан, уже, вероятно, вообразивший, как золото ручьем хлынуло в его карманы, — ничего такого, что не может подождать.

— Eh bien !— объявил Дункан, салютуя Эль Галло полупустой кружкой. — За наш союз!

На море опустились сумерки. В вечернем небе мерцали звезды, и спокойствие вечера лишь изредка нарушалось протяжным криком чайки и ритмичным плеском весел, подгоняющих вперед шлюпку.

Сомбра стоял на корме, скрестив руки на груди, стоял смело, даже бесшабашно, а слуга Лине Гарольд, его пленник, подгонял маленькое суденышко по волнам к побережью Нормандии. Сомбра бросал яростные взгляды назад, на удаляющийся силуэт «Черной короны», которая теперь развернулась к ним кормой и взяла курс на восток. От ненависти на его и без того изможденном лице прорезались глубокие морщины, а вены на шее вздулись, как корни дерева.

Эль Галло нарушил все его планы.

Онабыла той, кто должен был обеспечить его до конца дней своих, эта невинная девушка с волосами из чистого золота. Долгие годы его самый состоятельный клиент искал как раз такой экземпляр. И найти его, да еще в лице девственницы...

Он знал, что она была нетронутой, даже не осматривая ее. Только девственница способна так краснеть. Испанские гранды распустили бы слюни до носков своих кордобских сапог, опустошая кошельки в страстном желании заполучить ее себе. И в конце концов, де Севилья переплюнул бы их всех, предоставив Сомбре огромную сумму — целое состояние.

Но тут вмешался этот хитроумный одноглазый французишка.

В висках у Сомбры стучала кровь. За один день Гастон де Валуа разрушил союз, который Сомбра выстраивал долгих шесть лет.