А утром, которое у всех как по команде начиналось с того же, с отправления малой нужды, Том уже сам, наученный мною, старослужащим солдатом, нисколько не смущаясь, отправил ее там же, за пирамидой. На его беду, оказался на подъеме наш бравый батальонный командир, майор и своими глазами увидел это наглое кощунство рядом с боевым оружием. Он сразу же на весь батальон крикнул: «Курсант, ко мне!» Услышали эту команду другие и поспешили выполнять. А Том на нее не отреагировал. Тогда комбат уточнил: «Нет, не вы, а тот, который хромает». Тогда поспешили выполнять трое других. Они, как и мой друг, не умели мотать портянки и по этой причине одинаково хромали. Как могли, они более или менее твердым шагом подошли к майору и по уставу стали докладывать, что они «явились по его приказу». Нетерпеливый майор, однако, вычислил из них моего друга, а тем скомандовал продолжать движение. И воззрился теперь он укоряющим взглядом на курсанта, совершившего проступок, который даже в уставе внутренней службы не был предусмотрен ни одной статьей наказания. И прочитал он ему, одинокому, молчаливому, покорному и уже раскаявшемуся в содеянном, короткую лекцию о чести, достоинстве будущего советского офицера. И закончил ее коротким приговором, козырнув: «Два наряда вне очереди!» – приказав доложить об этом старшине. А тот заставил его два дня подметать оскверненную территорию вокруг оружейных пирамид. Эта сцена имела своих зрителей. Видел это и я из своей каптерки. И конечно, друг в ярости сразу направился в мою сторону, употребляя опять непристойные ненормативные выражения. Я опять укротил его вполне объяснимый гнев, пожурив за то, что он не сумел доказать свою невиновность. Том удивился и наивно спросил: «А что я ему мог сказать? Что этому меня научил ты?» – «Нет, – сказал я, – это было бы с твоей стороны клеветой на меня, старослужащего, отличника боевой и политической подготовки. Все проще, ты должен был, честно и преданно глядя ему в глаза, сказать: „Извините товарищ майор, но у меня недержание”». За моим другом тогда укрепилась кличка Вездессущий Том – на весь срок нашей совместной службы в Советской Армии.
