Однажды со студентом-экономистом, в будущем известным экономистом Леней Осиповичем, в «ночном бою» произошел случай, о котором он рассказал нам после «боя» сам, к нашему общему удовольствию. А было так. По учебной легенде мы атаковали противника, то есть взвод экономистов. Взвод Лени Осиповича должен был отражать нашу атаку из окопа. По составленной легенде «боя» обороняющиеся должны были отступить вглубь обороны, покинув окоп. Но толстый и потому неловкий да еще очкастый Леня застрял в глубоком окопе и выбрался из него только тогда, когда уже мы, атакующие, перепрыгивали через окоп. И Леня, оказавшись в наших атакующих рядах, страшно испугался, что мы его сейчас же узнаем и возьмем в плен. Но он быстро предпринял хитрый тактический ход. Мы в это время громко кричали «Ура!», и Леня тоже нахально, сначала осторожно повизгивая, а потом осмелев, заорал во всю глотку и с карабином наперевес побежал с нами атаковать своих. Но по той же легенде «боя» резервный взвод «противника» должен был нас контратаковать, а мы обязаны были отступить. И, когда этот момент наступил, Леня снова оценил изменившуюся обстановку. Он не поторопился отступить с нами, а, присев, чтобы никто не заметил его очередной перемены, подождал своих и снова во всю глотку заорал «Ура!». Но теперь, Осипович – гад, бежавший трусцой, – норовил взять в плен кого-нибудь из наших.
За ходом боя наблюдал посредник – наш Батя, полковник Аполлон Бабкин. Он и оценивал результаты боя. Победителей и побежденных не было. Всем объявлялась высокая оценка, и все были довольны игрой. Но в очередном бою мы почувствовали, что посредник мешает нам скрытно подобраться к «противнику», выполняющему задачу боевого охранения своих основных сил. Мы усердно старались даже громко не сопеть, ползти по-пластунски через «открытую местность», а посредник, все тот же полковник Бабкин, во весь рост шел сбоку от нас и этим помогал противнику обнаружить нас и, может быть, даже захватить нас в плен. Противник мог воспользоваться этим непреднамеренным со стороны посредника подарком. И тогда, чтобы обезопасить себя, мы, пошептавшись, решили интернировать, а проще говоря, взять его в плен. Мы аккуратненько обняли его, завалили на землю и накрыли плащ-палаткой. Полковник защищался в основном словами и больше ненормативными. Но мы посоветовали ему не шуметь, потому что «противник» может его услышать и захватить в плен вместе с нами. Батя после боя некоторое время был на нас очень сердит. Но скоро, однако, и сам весело рассказывал о нашей находчивости своим коллегам, нашим учителям, тоже полковникам.
