Около здания обкома КПСС и облисполкома рядами уже стояли автомобили разных марок и тоннажа. Была половина восьмого, и мне хватило получаса, чтобы разыскать среди партхозактива области своих однокурсников-экономистов – Ерина и Кудинова. Мы узнали друг друга без расспросов. Всего четыре года назад я вместе с этими парнями в одном взводе проходил военную подготовку в лагерях под Ковровом Владимирской области. Оба они преуспели в своей карьере, начав ее с должностей бухгалтеров-экономистов в колхозах другого района. Оба они были обладателями высоких правительственных наград за успешное выполнение планов и особенно за высокий урожай 1956 года. Повспоминали, поговорили об общих знакомых и друзьях, о нашем университете, о факультетах, о профессорах и преподавателях. Только не похвалились мои однокурсники здоровьем. Оказалось, что Ерин переболел здесь бруцеллезом, а у Кудинова после простуды начался туберкулезный процесс. Он сказал, что собирается ехать на лечение. Так на совсем невеселой ноте закончилась наша короткая встреча. Ребята, между прочим, сообщили мне, что здесь, в Кустанае, третьим секретарем обкома комсомола работает недавний студент исторического факультета Володя Малехоньков. Я его знал. Он учился курсом младше меня. Расставшись с друзьями-экономистами, с которыми я еще несколько раз встречался в перерывах, я пошел разыскивать и этого университетского друга. Но первый секретарь обкома комсомола, с которым меня познакомил мой спутник, парторг Тенизовского совхоза, сказал, что Володька в настоящее время находится в отпуске. Так на целине мы с ним и не встретились. А увиделись случайно на военной переподготовке офицеров запаса в Военно-политической академии имени Ленина. После целины он учился в Академии общественных наук и работал в ЦК ВЛКСМ. Между прочим, Володя Малехоньков учился на одном курсе с приехавшим со мной в Кустанай Володей Москаленко, который к заседанию пленума интереса не проявил. Мы договорились, что он займется своими делами и подойдет к обкому часам к двенадцати. Я рассчитывал, что к этому времени заседание закончится.
Пленум начался ровно в восемь часов и шел по установленному регламентом порядку. И основной доклад первого секретаря обкома КПСС Бородина, и прения звучали на нем весомо, по деловому, с конкретными установками коммунистам и труженикам сельского хозяйства в условиях ожидаемого небогатого урожая зерновых, дефицита кормов и неблагоприятных условий уборки и хранения основного продукта – зерна. Все содержание доклада было сосредоточено на необходимости сосредоточить усилия партийного актива и руководителей-хозяйственников на преодолении ожидаемых трудностей и подготовку к весенней посевной кампании. Главной задачей докладчик определил закладку качественного семенного фонда. При этом он обратил внимание, чтобы в этот фонд не попали семена, зараженные вредителем – совкой. Я о таком вредителе услышал впервые в жизни, но понял, что он делает зерно негодным не только для семенного фонда, но и лишает его самого главного – качества хлебного злака. Я слушал, а сам думал о другом насекомом, которое было разносчиком вредных бактерий и распространителем эпидемических заболеваний, – о мухе. Но и в докладе, и в прениях о ней никто не говорил, она, кажется, у привычного старожила тревоги не вызывала. А я боялся заболеваний в моих студенческих отрядах. Кстати, о нас в докладе было сказано несколько слов и объявлено, что мы присутствуем на данном заседании и что руководство области ждет от нас посильной помощи. Выступившие в прениях ораторы поддерживали секретаря обкома во всех положениях доклада: и в оценке неблагоприятных условий года, и в критике недостатков, и в замечаниях к руководству, и также в постановке конкретных практических задач. Каждый говорил и о своих собственных заботах. Говорили о горючесмазочных материалах, о запчастях, о неустроенности жизни во вновь организованных хозяйствах, о недостатках строительства, о плохой работе заготовителей и особенно о кустанайском элеваторе.
