А день отъезда уже приближался вместе с концом сентября. Стала заметной физическая усталость ребят, и уже начала появляться осенняя скука, особенно в дни, когда работы стало меньше. Скучать стали ребята откровенно – и вслух, и каждый про себя по дому, по университету, по московской жизни. Не так уже весело танцевалось и пелось на наших вечеринках. Но особенной тревоги по этому поводу у меня не было, так как я уже знал дату нашего отъезда. Тревога возникла по другому поводу. Стали у девушек пропадать вещи, главным образом – мелочи их туалета. У Милы Ивановой, нашей поварихи, однажды пропали золотые часы с руки. Правда, все благополучно обошлось. Я замечал иногда, что часы на руке у Милы держались на золотом браслете очень свободно и в мгновение могли упасть в котел с кашей или супом. В тот день, когда вдруг исчезли часы и об этом стало известно, я попросил Володю вечером на кухне с фонарем осмотреть всю кухонную посуду и земляной кухонный пол. Часы, к нашей радости, были найдены.
Этот случай дал мне повод принять меры предосторожности. Стали мы в последние дни получать по расчету заработанные нашим целинным хлеборобским трудом денежки. Они были совсем небольшие, но я подумал, как бы не случились такого, чтобы они привлекли интерес местных подростков, как это случилось с конфетами. Знал я к тому же, что весьма неопытными и беспечными были именно девушки. Очень часто они оставляли свои вещи на своих спальных местах: либо под подушками, либо прямо на них. Предположив такую опасность, я созвал своих помощников-«аксакалов» и поделился с ними своей тревогой. Было решено установить постоянную охрану наших общежитий – днем дневальными, а ночью – мужскими постами наблюдения. Хватило у меня времени связаться по телефону с командирами остальных отрядов и попросить также принять возможные меры предосторожности.
Наконец настал день – это было уже в начале октября, – когда секретарь Мендыгоринского райкома КПСС пригласил к себе всех командиров отрядов на совещание по вопросу организации предстоящего отъезда. На совещание были приглашены директора совхозов, руководители автохозяйств и руководство районного ГАИ. Секретарь райкома начал совещание со слов благодарности всем отрядам, работавшим в совхозах и колхозах района, и пообещал, что соответствующая реляция о нашей полезной работе будет ими адресована и в обком КПСС, и в Министерство высшего образования, в ЦК КПСС и ЦК ВЛКСМ, а также ректорам вузов. Потом он попросил руководителей совхозов и колхозов организованно провести проводы, отметив наш труд благодарностью. После этого начальник ГАИ района представил план нашей эвакуации, порядок формирования колонн и их следования. Было решено, что все колонны в назначенное время соберутся в общую районную колонну в Мендыгоре. Каждый отряд будет сопровождаться по установленному порядку от места расположения инспекторами ГАИ, которые определили скорость и интервалы движения. Я вспомнил все это, потому что для меня это было очень важным. Скажу сразу, что все детали были соблюдены в точности. Мне даже показалось, что инспекторам ГАИ самим очень понравилось организованное сопровождение нашей мендыгоринской колонны.
Следующие два дня ушли на взаимные расчеты с руководством совхозов и колхозов. Студентам выдали заработанные деньги, и они сдали все имущество, которое им было выдано во временное пользование.
На третий день в Новониколаевке собралась вся автоколонна Тенизовского совхоза. Сюда же приехал директор, секретари парткома и комитета ВЛКСМ. Они произнесли перед нами благодарственные речи, наградили отряд физиков и нас, историков, памятными грамотами и значками «Участник освоения целины». С нашей же стороны прозвучали слова взаимной благодарности и заверения, что мы с охотой приедем сюда, если опять потребуется наша помощь. После речей была подана команда «По машинам!», и мы в последний раз большой колонной запылили по мендыгоринской степи. В Мендыгору въехали колонны из Карасуйского, Каратальского, Каменск-Уральского и Усть-Каменогорского совхозов. Колонна филолого-МИФИческого отряда соединилась с нами уже на полпути нашего движения к Кустанаю. Не знаю, был ли когда-нибудь в Мендыгоре такой парад колонн. Все выглядело очень впечатляюще, торжественно. По прибытии в Кустанай на площади перед вокзалом сопровождавший нас секретарь райкома КПСС Тарасов, отставной генерал майор, герой Великой Отечественной войны, сказал нам на прощание слова благодарности за спасение небогатого целинного урожая. Нам всем его слово было дорого как признание нашей сопричастности к общему делу освоения целины.
