Моя деревня полностью

Е ф и м е н о к. И так, стало быть, прикидывал, да не подходить сюда этот вывод. Люди все прошли, всякого навидались, так что ты их нашим раем не удивишь. Они, может, все от тех ванн да от газов в городах отказались, потому что им теперь ничего не в диковинку! Эти люди столько-то повыдюжали, что, стало быть, не тот аргумент, Петр Афанасьевич!

Л и н ь к о в. Ежели ты так вопрос ставишь… значит, и тебе мозги вправлять надо. Зови стариков!

Е ф и м е н о к. А молодежь как же, стало быть, будет? Ведь молодежь недовольство проявляить! Ведь не мне танцы нужны!

Л и н ь к о в. Зови молодежь! Пусть слушают! Да предупреди: тут Левка приедет — пусть здесь меня ждет у входа. Покамест не выйду, пусть ждет! (И, решительно повернувшись, пошел по хате. Подошел к теленку — это видно по тени, — потрепал по шее, дал кусок сахару.) Ух ты, разжирел, корень твой зеленый, прямо экспонат на выставку! Черт, а не хвороба! (Подошел к окну, выглянул.) Об хлебе как об железной болванке понимают! Ух, Левка! Ух, сукин сын! Ну, покажись ты мне только! (Толкнул створку. Потрогал окно.) Вот Верка опять окна надраила! Сменить, к чертям, такую заведующую музеем!

Входит группа  к о л х о з н и к о в.

Г о л о с а  м о л о д ы х. Что случилось, Петр Афанасьевич?

— Нас дома ждут дела…

— Сегодня телепередача интересная…

Л и н ь к о в. Входите, входите… Не стесняйтесь! Садитесь! Поговорим, посоветуемся. И не удивляйтесь, что вас сюда завлек.

Все садятся.

В о р о н (тихо Виноградову). Барометр к дождю…

В и н о г р а д о в. Чем недовольный, Афанасьич?

Г о л о с а. Все говорим, все советуемся, а в магазине порядок навести не можем.

— У нас действительно нормальных брюк нет, все старомодный клеш!

— И ботинки модные…

— А плиссировок и вовек не купишь…

— А мы тут разговоры, советы…

Т е т к а  Л ю б а. Ой, не время для разговоров выбрал, хозяин! У меня телята не кормлены, молодняк. Петяша! Неужто, Петяша, вечером нельзя было посоветоваться?

Л и н ь к о в (сухо). Люба, я тебе сейчас не Петяша.

Молодежь засмеялась.

Г о л о с а. «Петяша»!

— Семейная хроника началась!

Л и н ь к о в. Вот-вот секретарь райкома приедет, чем вы его порадуете? (Смотрит на всех.) Уставать, говорите, на работе стали?

Разговоры и смех смолкли.

Т е т к а  Л ю б а. Это кто ж такое брякает?

В и н о г р а д о в. А сам, Афанасьевич, разве не видишь?

Е ф и м е н о к. Молодежь, стало быть, имеется в виду.

Ф е н я (молодежи). Ну, чего вы замолчали, ведь не хотели в ночь работать?

В о р о н (тихо Виноградову). Это он Левку поминат сяово…

В и н о г р а д о в. Это ты насчет самосвала с хлебом, что в грязь скинул… кто-то…

Г о л о с. Молодежь не боится работы! Но и отдохнуть молодежи хочется!

Е ф и м е н о к. Погоди, Феня. Тут о сурьезном речь, а ты, стало быть, реплики с места…

Л и н ь к о в. Недовольная молодежь. Вот. Жизнью нашей недовольная. Устала. Да все выходит не так! Техника не та, темпы опять же старые. Что, невпопад говорю, товарищи колхознички?

Г о л о с. А что, Петр Афанасьевич, нам теперь и за право на отдых сказать нельзя?

Ф е н я. Без танцев вековушей останешься.

Г о л о с а. Будто сами молодыми не были.

— Да в ту пору небось вместо танцев и вечеров отдыха только стенка на стенку ходили… Ха-ха-ха-ха!

Е ф и м е н о к. Во все времена молодежь веселилася. Вы свое мнение про себя берегите. Не пререкайтеся.

Л и н ь к о в. Вы, молодые, послушайте да помолчите! Ну, чего умолкли, старики? Так или не так?

М о л о д о й  п а р е н ь. Не совсем вы допонимаете, Петр Афанасьевич, но дело-то все в том… Как бы это вам попонятнее объяснить…

В и н о г р а д о в. Да чего тянуть по слову, как гущу резиновую! Говори проще, по рабоче-крестьянскому: плох нашей молодежи колхоз! И работа грязная сейчас на стройке. Дома культуры! И уборку с большой натугой проводим! И культурного досуга никакого! В города! На производство! За легкой деньгой тянет! Так, что ли?

Молодежь загудела.

Г о л о с а  м о л о д ы х. У-у, как вы говорите, дядька Парамон!

— Деньги при социализме еще не отменяются!

Е ф и м е н о к. Да и на производстве, стало быть, не даром шоколады раздають.

Л и н ь к о в. Не перебивай!

В и н о г р а д о в. Дома — развалюхи!

Все загудели.

Погодите малость. Дома ни к черту!

Л и н ь к о в. Электричество в нашем колхоз водопровод, телефон, газ, теплые отхожие узлы, корень их зеленый, радио, понимаешь, — это все мало? Значит, ни шиша не стоит эта советская колхозная власть, товарищи, ежели она людям такую хреновую жизнь дает! Так, что ли?

Г о л о с а. На другую волну переключается…

— Факты, факты где?

— Вы не перебивайте! Опалихинские ругаются, что дорогу обещали починить, а не чиним. И через ту дорогу с Левкой беда приключилась…

Е ф и м е н о к. А про власть пока еще никто ничего не говорил!