– Не сердись, – пискнула мать и виновато посмотрела на меня одним глазом. Второй глаз совсем оплыл. – Подождём до утра?
– О’кей, мам, уедем рано утром, до того, как он встанет. Обещай, что не передумаешь.
– Не передумаю, – поклялась она, но я не поверила и позвонила Ефиму.
Знаю, что нехорошо так делать за спиной матери, но, если речь идёт о спасении родного человека, это не грех. Выслушав, Ефим коротко сказал: «Сейчас приеду» – и прилетел, как на ракете. Марк с недовольной миной – «Кого это там принесло?» – пошёл глянуть в камеру, кто стоит перед воротами. Не знаю, что сказал ему Ефим, какой выдумал предлог, выдумал ли вообще, но Марк его впустил.
У меня ёкнуло сердце: не зря ли я это затеяла, неизвестно, на что способен этот урод, у него же мозги набекрень. Увидев Ефима, я поняла, что не зря. Приехал совсем другой человек: каменное лицо, железный взгляд. Он даже расширился в плечах и выглядел не толстяком, а могучим. Человек-скала!
– Чего надо? – с раздражением спросил Марк.
Не ответив, Ефим со всей силой врезал ему в челюсть. Затем взял нас с мамой в охапку и увёз к себе.
– Мне как-то неспокойно, он заявит на тебя, что ты его ударил, и тебя привлекут, – волновалась мама.
– Не заявит, – заверил Ефим. – Он никогда больше ни тебя, ни Славу не потревожит.
– Почему ты так уверен?
– Я знаю.
– Откуда ты знаешь? Ты с ним разговаривал? – всполошилась мать.
– Не будем больше об этом, это в прошлом.
Спрашивать, как ему удалось отвадить от нас Марка, я не рискнула. Поняла, что он не скажет и надо забыть. Предположила, что его таинственные влиятельные друзья, у кого он наводил справки о Марке, помогли. Или сам по-мужски разобрался с этим козлом, и тот струхнул – трус же. Хотя я за Ефима немного беспокоилась: трусы злопамятный народец, от них чего угодно жди.
Ефима я уже не стеснялась. Наоборот, гордилась им и восхищалась. Настоящий мужчина! Примчался на выручку, вступился за нас. Первое впечатление, что он мягкотелый, доверчивый, этакая глина, из которой легко лепить разные фигурки, – обманчиво. Он кремень. Это счастье, что мы опять все вместе, втроём. Я надеялась, что мама образумилась и от него уже не уйдёт. Недолго я ликовала – не прошло и месяца, как она объявила ему, что не имеет права больше злоупотреблять его добротой, хочет пожить самостоятельно, им обоим нужно всё обдумать и на время разойтись. Как же я на неё разозлилась!
– Опять ты всё рушишь! – накинулась я на неё. – На фиг ты тогда увезла меня из Питера?
– Я же не знала, что всё так обернётся, а в Питер мы вернёмся или в самой Москве купим квартиру.
– На какие шиши купим? Работы пока нет, на квартиру денег нет, ты отдала их этому мерзавцу!
– Хватит меня попрекать! Я не предлагаю покупать завтра. Пока снимем жильё. Я устроюсь в больницу санитаркой, уже ищу, поднакопим денег, а там видно будет. Можем кредит взять.
– Кредит, чтобы увязнуть в долгах?! А если не устроишься санитаркой?! Всё за меня решаешь! Увезла меня из Питера, теперь собираешься везти ещё куда-то. Так и будем кататься взад-вперёд?!
– Ты ещё несовершеннолетняя, так что придётся тебе пока покататься, если я так решу, – строго произнесла она.
– Никуда я не поеду! Останусь с Ефимом! – взорвалась я. – Почему ты так с ним поступила? Он этого не заслужил, он столько всего для нас сделал. Ты его использовала.
– Я как раз честно с ним себя веду, не обманываю, поэтому и ухожу. Если бы я хотела его использовать, мы бы продолжали сидеть у него на шее. Разве это было бы порядочно?
«Да, непорядочно, но плоховато это сглаживает её поступок», – кипела я.
Ефим воспринял эту новость спокойно – заранее знал, что мать опять убежит, потом прибежит, потом снова убежит. Так и будет морочить ему голову, пока ему не надоест, и он сам обрубит их отношения. Мать даже не оценила, что он простил ей измену. Далеко не каждый способен простить. Я бы не смогла. Остаться у Ефима в этот раз мать мне не позволила. Уезжая от него, я едва не расплакалась. Мы с ним обнялись, пообещали друг другу не терять связь и созваниваться. Родным он мне стал, а мать отняла его у меня.
Устроиться в больницу, как мать размечталась, ей никак не удавалось, и мы временно поселились у одного симпатичного старикана. Он искал домработницу с проживанием. Мать пришла к нему на собеседование, и он, задав ей всего три вопроса: «Как вас зовут?», «Сколько вам лет?» и «Где раньше работали?», её нанял. Даже рекомендации ему не понадобились. Произвели на него впечатление, как и на Марка, её золотые волосы! Недаром его вредоносные сынки, увидев мать, запаниковали, что их папаша на ней женится и лишит их наследства. Но это случилось не сразу, пока всё складывалось удачно.
