– Черт возьми, это не собачка! – не выдержав, заорал я на свою шаловливую спутницу, что напугало проволоку, и она отбежала к ногам Харона. Паромщик посмотрел на меня холодным взглядом, но опять ничего не сказал. Старик потрепал проволоку по спутанному загривку, после чего та успокоилась и, свернувшись калачиком возле ног паромщика, уснула.
– Какая разница? Повадки-то у нее собачьи! – Джаннет вынула из ушей наушники, отключила «ГОЛЕМ 0.1» и шепотом, стараясь говорить так, чтобы ее не услышал Харон, объяснила мне, в чем тут дело: – Из этой проволоки была сплетена будка, в которой много лет назад жил любимый пес паромщика, черствая твоя душа!
– Цербер? – Я попытался пошутить, но Джаннет моего юмора не оценила. Да мне и самому было не до смеха.
– Не умничай! – в голосе Джаннет прозвучала нотка презрения. – Этот пес долгие годы плавал вместе со стариком по озеру и помогал ему отбиваться от трупов! Неужели не понятно?!
Мне пришлось заткнуться. В небе громыхнуло. Вздувшееся черное облако прорезала молния. Начал накрапывать дождь.
– Так вот, – Джаннет подняла воротник куртки, – когда пес умер, старик долго был безутешен, но в какой-то момент он заметил, что проволока, из которой сплетена будка, так пропиталась присутствием его четвероногого друга, что усвоила все собачьи инстинкты. Естественно, паромщик оставил проволоку у себя, и они теперь плавают по озеру вдвоем. Кстати, мертвецов проволока отгоняет от плота не хуже издохшего пса.
– Дичь какая-то! – как еще я мог прокомментировать историю, рассказанную Джаннет? Других слов у меня не нашлось.
– Почему дичь? Какая разница, в какую оболочку помещена душа живого существа? Собака, проволока, человек – не все ли равно, если сохраняется та же модель поведения и все имеющиеся свойства? Впрочем, ну тебя! Ты меня уже достал, брюзга!
Джаннет достала из дорожной сумки ячменную лепешку, швырнула ее проволоке и еще раз погладила скрученный моток. Я хотел было последовать примеру Джаннет, но проволока довольно болезненно цапнула меня за палец. Я с криком отдернул руку.
– Можешь ты мне наконец объяснить, где мы? Куда ты меня ведешь, чертова ты баба?
Ненавижу себя в такие минуты. Ведь это я веду себя по-бабски и недостойно, а не Джаннет. Даже паромщик пару раз косо на меня глянул. Противно!
– Приплыли! – рявкнул паромщик, и его посудина уперлась в илистое дно.
Плот причалил к берегу. Ливень усиливался. Перед нами лежали руины, мало чем отличавшиеся от тех, которые мы покинули. Те же развалины, только более архаичные.
– Хватайся! – Джаннет спрыгнула на берег первой и протянула мне руку. – Кто из нас баба, умник?
Мне пришлось воспользоваться помощью спутницы, плот продолжал покачиваться на водах, и я никак не мог решиться на прыжок. Ну вот, наконец прыгнул и я, угодив ногой в кучу засохших фекалий. Отирая ногу, я невольно почесал голову в том самом месте, где мне был вживлен микрочип.
– Куда мы все-таки направляемся? – спросил я Джаннет, но она, как всегда, избегала прямого ответа. Находиться с ней рядом было приятно, и, если честно, мне уже было совершенно все равно, куда ведет меня эта сильная женщина. Мне вполне хватало того, что мы рядом, нас что-то связывает (хотя и непонятно что) и мы движемся к общей цели (хотя и непонятно к какой). Но я продолжал играть роль ворчливого сноба, то и дело напоминая о себе бабским брюзжанием.
– Мне надоело плестись за тобой! Куда ты меня тащишь?
– Существует множество ответов на этот вопрос, но ты сам должен выбрать правильный.
Джаннет вещала голосом оракула, и это начинало меня бесить: что возомнила о себе эта полуграмотная мартышка? За кого она себя принимает? За пифию?
– Что за хрень? – вспылил я. – Не пудри мне мозги!
– Для того чтобы сознание развивалось, работа над ним должна вестись с предельной интенсивностью. Просто иди за мной, со временем ты все поймешь. – Джаннет терпеливо подбирала слова, чтобы ответить мне, но с большим удовольствием (это было видно) она свернула бы мне шею, как надоедливому куренку. Мое самолюбие страдало, и я продолжал изводить девушку причитаниями.
– Что ты мне сейчас объяснила? Что это за ответ? – Я был сам себе отвратителен в эту минуту, но остановиться уже не мог. – Ты за кого меня тут держишь, за слабоумного?! Эй, я с тобой говорю!
Набравшись храбрости, я дернул Джаннет за рукав, и меня будто ударило током! Джаннет бросила на меня испепеляющий взгляд, и я сразу отдернул руку. Это был один из позорнейших моментов моей жизни (жизни?), пришлось проглотить унижение и опустить глаза. Джаннет презрительно хмыкнула и прошлась по мне взглядом.
– Если ты хочешь овладеть женщиной, – произнесла она ядовитым голосом, – никогда не оставляй начатое дело на полпути. Женщины этого не прощают, запомни!
