В этот момент Бойл наклонился, чтобы поднять с пола салфетку. Стремительно, словно нападающая змея, доктор рванулся к нему, и в следующий миг наручник защелкнулся на запястье Бойла. И пока тот в полном недоумении поворачивал голову, второй наручник защелкнулся на привинченной к полу ножке стола. А доктор уже метнулся к двери. Пембри как раз пытался войти внутрь камеры. Лектер ударил в дверь плечом, и ее стальные прутья врезались надзирателю в лицо. Пембри хотел было достать газовый баллончик, но прутья двери прижали его руку к телу, почти сплющив ее. Лектер ухватился за конец свисавшей с пояса Пембри дубинки и резко дернул вверх, одновременно ударив его локтем в горло. И тут же впился зубами ему в лицо. Пембри попытался оттолкнуть доктора, но тот буквально повис на надзирателе, вцепившись зубами в его нос и верхнюю губу. Он даже головой помотал, как такса, схватившая крысу, и сорвал дубинку с пояса Пембри. А в камере Бойл, сидя на полу, прикованный к ножке стола, вопил не своим голосом, тщетно пытаясь найти в карманах ключ от наручников. Наконец нашел, уронил, подобрал с пола… Лектер ударил Пембри дубинкой сначала в живот, потом в горло, и тот упал на колени. Бойл вставил ключ в замок наручников, но Лектер уже повернулся к нему. Бойл опять завопил, но сразу же замолк: доктор пустил ему в лицо струю из газового баллончика и дважды ударил дубинкой по его протянутой вперед руке. Бойл еще пытался укрыться под столом, но, ослепленный струей газа, пополз совсем не туда, и доктору не составило никакого труда прикончить его несколькими точно рассчитанными ударами дубинки.
Пембри удалось сесть, из глаз его текли слезы, и он орал от ярости. Доктор взглянул на него и усмехнулся окровавленным ртом.
– Я готов, Пембри, а вы? – сказал он.
Дубинка снова поднялась и, описав дугу, опустилась на затылок Пембри. Надзиратель вытянулся на полу, как оглушенная рыба.
Пульс доктора Лектера теперь немного частил – больше сотни в минуту. Но быстро вернулся к норме. Доктор выключил музыку и прислушался. Потом подошел к лестнице и снова прислушался. Вернулся в камеру, вывернул карманы Пембри, нашел ключи от стола и открыл все его ящики. В нижнем он обнаружил табельное оружие Бойла и Пембри – два револьвера тридцать восьмого калибра. А в кармане Бойла он нашел то, что ему было нужнее всего: складной нож.
Вестибюль башни был полон полицейских. Было половина седьмого, и шла смена дежурных. Отдежурившие свои два часа на постах внешнего наблюдения полицейские стягивались в вестибюль. Они потирали озябшие руки и жались к электрическим каминам, включенным на полную мощность. Некоторые поставили сегодня немалые деньги на мемфисскую баскетбольную команду в матче на первенство страны и теперь с нетерпением жаждали узнать, как идет игра.
Сержант Тэйт запретил включать радио, но у одного из полицейских был свой приемник с наушниками, и он время от времени сообщал остальным счет, хоть и не так часто, как тем хотелось бы.
Всего в вестибюле собралось человек пятнадцать полицейских да еще двое тюремных надзирателей, которые явились, чтобы в семь вечера сменить Пембри и Бойла. Сержант Тэйт и сам с нетерпением ждал смены, которая должна была освободить его от дежурства в одиннадцать.
Все было спокойно. Ни один из звонивших по телефону и угрожавших Лектеру вроде бы не собирался приводить свои угрозы в исполнение.
Без пятнадцати семь Тэйт услышал, как лифт вдруг пошел наверх. Бронзовая стрелка над его дверью поползла по циферблату и остановилась на пяти.
Тэйт оглядел вестибюль.
– Это что, Суини наверх поехал? За подносом?
– Нет, сержант, я здесь. Может, вы им позвоните и спросите, как он там. А то мне уже пора.
Сержант Тэйт набрал три цифры и некоторое время слушал.
– Занято, – наконец сказал он. – Поднимись-ка наверх и сам посмотри.
И он вернулся к заполнению журнала дежурств. Суини нажал на кнопку вызова лифта. Лифт не отреагировал.
– Он заказал на ужин телячьи отбивные, – сообщил Суини остальным. – Интересно, что он закажет на завтрак?! Не иначе как еще что-нибудь эдакое. Из зоопарка, к примеру. И кого пошлют в зоопарк ловить ему эту дичь? Конечно меня!
Бронзовая стрелка над дверью лифта по-прежнему стояла на пяти.
Суини подождал с минуту, потом сказал:
– Какого черта! Что там у них стряслось?
И тут сверху донеслись выстрелы. Грохот револьвера тридцать восьмого калибра эхом прокатился по лестнице и по вестибюлю: сначала два выстрела подряд, потом еще один. Сержант Тэйт вскочил и схватил микрофон рации:
– Командный пункт! Выстрелы в башне! Внешним постам смотреть в оба! Мы идем наверх!
В вестибюле уже царила суматоха.
И тут бронзовая стрелка над дверью лифта сдвинулась с пятерки. Дошла до четырех…
Перекрывая шум, Тэйт крикнул:
– Отставить! Удвоить охрану на внешних постах! Первый взвод остается здесь! Берри и Хауард – держать на прицеле этот чертов лифт, вдруг он спустится!
Стрелка остановилась на трех.
– Первый взвод – за мной! Проверять по пути каждую дверь! Бобби, бегом – тащи сюда бронежилеты и дробовик!
