— Вам знаком этот молитвослов? — напирал Влас.
Швея молча кивнула. А потом залепетала быстро-быстро:
— Этого не может быть! Когда служанка Великой княгини Милицы делала мне заказ золотом расшить муаровый переплет, она говорила, что ее госпожа преподнесет молитвослов подруге императрицы! Жаловалась на Вырубову и ее приспешника Распутина. Раньше, говорит, не бывало дня, чтобы императрица не пригласила сестер-черногорок во дворец, а когда появилась Вырубова — Александра Федоровна переменилась к черногоркам. Служанка Великой княгини глумилась, что Милица Николаевна подарит Вырубовой бесовское в святом. Смеялась — к одному молитвеннику Вырубовой — неказистому мужику Гришке Распутину — прибавится молитвенник другой, роскошный, богатый — из черного муара, да с золотом! Выходит, служанка меня обманула? Молитвослов предназначался императрице?
Влас закурил и задумался. Это что же получается? Милица черногорская из злого чувства мести преподнесла роковой подарок с заговоренной картой Анне Александровне, а Вырубова, желая угодить подруге, без сожаления отдала красивую и дорогую вещь? И ведь как хитро придумано! Ни один здравомыслящий человек не заподозрит опасности в сборнике святых молитв. Сердце Власа защемило от умиления. Аннушка Вырубова, простая душа, бессребреница, преданная подруга, готова последнее Александре Федоровне отдать, так ее любит.
Полина рассказывала, что императрица ни дня не может прожить без Вырубовой. Поселила в дачном домике рядом с дворцом и посылает за ней чуть что, а вечерами тайком проводит в свои покои. В народе разное говорят, и может, в этой дружбе и нет ничего, кроме душевной привязанности, но для чего же напускать столько таинственности? Весь дворец знает, что Анна тайно бывает у Александры Федоровны, но императрица все равно делает из этих встреч секрет.
