Эльфийка, до того стоявшая на цыпочках, вытянув шею, огляделась по сторонам и повернулась к ведьме. Из ее рук вынырнула розовая молния, и прежде чем Мона успела притормозить, Тиффи чуть не сбила ее с ног. Пятнадцать килограммов демонической свинки цеплялись за нее: Тиффи, ласкаясь, прижималась мордочкой к ее подбородку.
– Мама, мама! – вне себя от радости визжала она, хваталась за футболку, и Мона даже пару раз получила по лицу длинным львиным хвостом.
– Привет, мое маленькое сокровище, – прошептала она и крепко обняла своего ребенка.
На глаза снова моментально навернулись слезы, и в тело наконец-то возвратилось ощущение реальности. Мона справилась, преодолела все, выбравшись почти целой и невредимой.
– Как же я рада! – воскликнула Бенико.
Недолго думая, она перелезла через заграждения и тоже бросилась к ним. Приятно было оказаться в объятиях сахарной эльфийки, от которой вкусно пахло выпечкой. Мона прислонилась к подруге, а та некоторое время понимающе покачивала ее в кольце своих рук.
– Что вообще произошло? – тихо спросила Бенико.
Они медленно отстранились друг от друга.
– Думаю, Носдорф остался в прошлом. Он не заполучил фараона и… Ну, Кензо и Бен были в порядке, когда мы разделились, правда, с того момента уже прошло какое-то время, – судорожно рассказывала Мона.
– Простите, – донеслось откуда-то сбоку.
Рядом с ними появился полицейский. Сперва Мона в недоумении уставилась на него. Разве на службе в полиции носили не стандартные прически? Кажется, она что-то такое слышала, однако заплетенные волосы чернокожего мужчины доставали почти до груди. Впрочем, еще у него обнаружилась пара заостренных ушей, и, ну, когда он улыбнулся, она заметила острые зубы.
– Эммм, – А это ведь вовсе не эмблема франкфуртской экстренной службы. – «Адский отряд самоубийц», – громко прочла Мона, присмотревшись повнимательнее к нашивке у него на груди.
– Как видите, у нас тут развернута спецоперация и… – начал он.
– Конечно! – Мона обхватила дочь одной рукой, а потом подняла вторую, чтобы щелкнуть пальцами. Видимо, какая-то часть ее колдовских сил действительно уже восстановилась, потому что в ладони без проблем материализовалось удостоверение. – Мона Хасс, а это Бенико Ивасаки. Не могли бы вы проводить нас к руководителю операции?
Но после того, как она представилась, он даже не посмотрел на документы. Демон только округлил глаза, кивнул, развернулся и махнул рукой, чтобы они шли за ним.
Они петляли следом за парнем между автомобилями, специалистами, пожарными машинами и каретами скорой помощи. Мона снова и снова вытягивала шею, однако не видела ни одного знакомого лица. Несмотря на ранее утро, было еще слишком темно, а мерцающие вспышки огня и сирены не облегчали положение.
– Ван Хельсинг в данный момент занят арестом. Но, думаю, дальше вы сориентируетесь? – произнес адский оперативник, и Мона кивнула.
Площадь вокруг музея заполнилась спасателями, которые пытались потушить здание. Из шлангов пожарных била неестественно светящаяся вода, к счастью, справлявшаяся с вышедшим из-под контроля ведьминским пламенем. Фасад выглядел не так уж плохо. Мона не раз на опыте убеждалась, что ее огонь горел лишь поверхностно, но держался очень упрямо.
– Видишь где-нибудь Бальтазара? – спросила она у Бенико.
– Неа… и Бена с Кензо тоже.
– Вот черт! – Сердце опять неприятно сильно заколотилось.
Мона приподнялась на носочки и обвела взглядом улицу перед музеем. У края ограждения образовалась небольшая суматоха, и она заметила фургон региональной службы новостей.
– Только этого не хватало.
Энергично кивающий репортер наклонился с микрофоном к проклятым вазам, в то время как пара-тройка зевак неподалеку тоже пытались заснять эту сцену на мобильные телефоны. Мона и Бенико постарались как можно незаметнее проскользнуть мимо них, в результате чего уловили обрывки разговора.
– То есть можно сказать, что благодаря нашим действиям мы спасли не только музей, но и весь Франкфурт! – с гордостью заявила синяя ваза.
– А может, даже весь мир! – пропищала другая.
Позади них стояла одна из римских статуй и позировала в типичной позе бодибилдера, что вызвало у зрителей несколько возгласов «Вау» и «Ооо». До ушей Моны долетела музыка из Тик-Тока, и, чтобы избежать интервью, она нырнула за машину скорой помощи и проскользнула в сторону деревьев, окружавших зону отдыха возле музея.
– Надеюсь, это видео не завирусится… – буркнула она.
При мысли об этом ее бросило в жар. За стеклами витрин и в рамках выставки смертные находились на достаточном расстоянии от проклятых реликвий и мифоисторических артефактов, но сейчас, когда они ходили среди них… Впрочем, возможно, это именно то, в чем нуждался мир, чтобы наконец понять: не только люди обладают сознанием.
– Бен? Кензо? Борис? – во все горло прокричала Бенико, но, к сожалению, ее звонкий голосок потонул в окружающем шуме.
