– Если увидите Сэмюэля, передайте ему, пожалуйста, чтобы встретился с нами у склепа старого Дикса, это срочно.
– Он должен был быть здесь уже полчаса назад, мэм.
– Вот как? – В голосе Джоанн прозвучали нотки страха. Она настороженно бросила взгляд на Петера.
– И нам теперь не хватает третьего игрока, – пожаловалась другая скульптура.
– Ну, что ж. Сожалею. Эмм… Сюда, – пробормотала ведьма, снова обращаясь к Плюмбомбо.
Тот наклонился к ней:
– Духи редко нарушают привычный распорядок.
– Знаю, знаю. Мы должны быть осторожны, – шепотом ответила она и ускорила шаг.
Блуждающие огоньки освещали путь к крохотному розарию, где в самом деле уже пробивалась первая зелень. В остальном же этот уголок выглядел скорее одичалым: между кустами в разных местах лежали руины, которые явно являлись частью более крупного строения.
Джоанн вытащила карманные часы и теперь держала их перед собой, как компас. Похоже, с их помощью она что-то искала.
– Не мог бы джентльмен с лампой сделать свет немного поярче? – попросила она, и Филлип сразу вспыхнул ярче. – Спасибо. Теперь нам нужно спустится глубже, в катакомбы. Пожалуйста, будьте осторожны, эта часть закрыта для посетителей и, возможно… ну, я уже давно туда не заходила.
Ведьма торопливо убрала прибор обратно.
– Мартин? – прошептал Бальтазар.
Как минимум одна из теней среди деревьев оказалась… да, не то чтобы неопасной, но знакомой.
– Я постою на страже. – Голос оборотня прокатился сквозь мрак, заставив акефала заскулить.
– Ладно. – Их спутница прочистила горло. – Четыре человека на телепортацию, пожалуйста!
Щелчок пальцами, и Петер, Бальтазар, Филлип и Джоанн переместились под землю, прямо в старинный склеп со сводчатым потолком. Акефал тут же сорвал смокинг, бросился в угол и громко изверг из себя волну эктоплазмы.
– Вот тебе и тихое появление, – покачал головой Плюмбомбо.
Бальтазар постепенно начинал переживать за друга.
– Может, ты съел что-то не то?
– Н-нет… просто сегодня… у меня, кажется, повысилась чувствительность. – Филлип дрожал как осиновый лист. Заменяющая голову лампочка дергалась из стороны в сторону.
Джоанн подняла руку и махнула им.
– Следуйте за мной и, пожалуйста, смотрите под ноги. Мне бы не хотелось включать свет, хорошо?
Мигающая лампа Филлипа тускло освещала катакомбы, однако этого хватало, чтобы оценить размеры склепа. Он напоминал зал. Во всех стенах располагались встроенные эркеры для хранения гробов. От центрального помещения в четыре стороны света расходилось четыре коридора, закрытых железными воротами. Все вокруг заполонила паутина. В нишах вдоль стен поблескивали металлические украшения на роскошных гробах, но дерево сгнило и частично разложилось.
Бальтазару казалось, что его нёбо обволакивал пыльный запах. Он действительно ощущал здесь, внизу, вкус разложения, но до сих пор не чувствовал ни следа черной магии.
Джоанн направилась к одному из туннелей, закрытому воротами особенно сложной конструкции. Оплетенные узорами единороги образовывали собой решетку, а по центру находился символ, напоминающий вилку с двумя зубчиками. Джоанн с трудом открыла ржавый замок на воротах еще более ржавым ключом. Сейчас потенциальные воры точно засекли бы их, поскольку кованая створка издала ужасный скрип, когда сдвинулась с места.
Пока инспектор осматривался, Бальтазар вглядывался в черноту открывшегося прохода.
– Похоже, он заброшен, вы так не думаете? – пробормотал он.
– Я ничего не чувствую, – признался Петер.
– Мы его опередили?
– Нет, Бальтазар. Когда я говорю, что ничего не чувствую, то имею в виду, что вообще ничего не чувствую. – Плюмбомбо указал на тьму катакомб. – Сверху это место буквально пылает эктоплазмой и некромантией, как обычно и бывает на старых кладбищах, но здесь?
– Ничего? Совсем ничего? – Бальтазар заметил в широко распахнутых глазах Петера легкую панику, что совсем не походило на бывшего ангела-воина. – Значит, кто-то заранее наводнил это место черной магией.
– Возможно. – Петер поймал Джоанн за руку и остановил ее. – Будет лучше, если вы сейчас уйдете, – попросил он.
Бальтазар увидел, как она сглотнула.
– Джентльмены сами найдут выход, не так ли? Склеп дальше по коридору, прямо перед вами.
– Мы разберемся, мэм. Спасибо за помощь. Пусть Ван Хельсинг проводит вас к вашей машине, ладно?
Джоанн сдержанно кивнула, сделала шаг в сторону и подняла кисть, чтобы щелкнуть пальцами.
– Удачи, – прошептала она, прежде чем исчезнуть.
Перед Петером, Филлипом и Бальтазаром протянулся черный туннель, пол которого покрывал толстый слой пыли. По крайней мере физически к этому месту уже давно никто не притрагивался, кроме, возможно, парочки крыс. По бокам внутрь и наружу тянулись дорожки необычно маленьких следов.
– Я пойду первым, – пробормотал Бальтазар.
И Петера, и Филлипа могли ранить, а он, невзирая на всю свою беспомощность на Земле, хотя бы бессмертен.
В склепе было абсолютно сухо. С каждым шагом вверх поднимались клубы пыли. Крыса, которая ради кинематографического эффекта прыгала из угла в угол, либо опаздывала, либо сбежала. Ни единого проявления жизни и – что еще более странно – нежизни тоже.
