– Эй, дарован[3]! – дама в павлинье-синем окликнула одного из здоровенных стражников у входа во дворец, у бедра которого висел изогнутый меч, а ещё более изогнутые усы торчали на целый фут по обе стороны его лица. – Немедленно проводите этих юных членов царского дома в тронный зал! – приказала она.
– Члены царского дома? – с сомнением переспросил охранник. При взгляде на двойняшек его усы дрогнули.
– Хм, ты прав! – Придворные дамы, нахмурившись, разглядывали их внешний вид.
– Надо привести вас в порядок, – сказала дама в оранжевом.
Шипучка залаяла и завиляла хвостом, как будто спрашивая: «А меня?» Дамы рассмеялись, но пакхирадж со своей блестящей шерстью цвета колы, переливчатыми крыльями и разноцветным венком, похоже, был достаточно наряден для встречи с царём.
– У нас нет времени на приукрашивание! – протестовала Кийя, но двойняшек уже вели через главные двери к царским портнихам. – Это нелепо! Важно то, что нам надо сказать, а не то, как мы выглядим!
– Но, может быть, мы скорее заставим раджу отвечать, если не будем выглядеть, – Кинджал оглядел себя, – словно бежали с пижамной вечеринки?
– Ладно, может, ты и прав, – неохотно признала Кийя.
Царские портнихи засуетились, и вскоре близнецы были одеты в красивые шёлковые курты:[4] Кинджал – в синюю, а Кийя – в красную. На ногах у них вместо старых непромокаемых сапог были туфли награ с загнутыми носами. Придворные дамы пытались приручить волосы Кинджала, но те не поддавались, как усердно их ни расчёсывали.
– Волосы как у раккоша! – пробормотала одна из дам.
– Я не хочу, чтобы трогали мои волосы, большое вам спасибо! – дерзко сказала Кийя.
Другая дама пробормотала:
– Характер как у раккоша!
Кинджал неуверенно огляделся, не зная, стоит ли обижаться.
– Эй, скажи что-нибудь, отвлеки дам, – прошептал он сестре. – Я хочу незаметно положить книгу и перья в карманы курты.
Кийя кивнула и сказала очень громко:
– Хватит болтать! Мы хотим сейчас же увидеться с царём Ронту, если вы не возражаете! Царь наш
Все дамы повернулись к Кие. И тут же начали возмущённо бормотать, а Кинджал успел переложить волшебные предметы в карманы новой курты.
– Ну это уже перебор, – тихо сказал Кинджал.
Кийя пожала плечами.
– Что я могла с собой поделать, – ответила она, и брат рассмеялся.
Придворные дамы обиженно закатили глаза, но вывели двойняшек из гардеробной в парадный зал дворца.
Двойняшки ждали снаружи, пока стражник не объявил об их прибытии.
– Ваше царское величество, позвольте представить принцессу Кию и принца Кинджала из царства… – Привратник сделал паузу, наклонившись, чтобы они прошептали ему на ухо. – Парсиппани, Нью-Джерси!
Загудела труба и зазвенели цимбалы. Маленький круглый человек с широкими навощёнными усами сбежал к близнецам с трона в виде павлина. Он был в щегольском шёлковом одеянии и тюрбане в два раза больше собственной головы. На шее у него было множество ожерелий, пальцы украшали тяжёлые кольца, а посередине тюрбана был прикреплён огромный аграф с бриллиантами и павлиньими перьями. Низенький и толстый, он всё же был похож на Па.
– Здравствуйте, юные высочества! – просиял царь, крепко пожимая им руки. – Из царства Парсиппани! Чудесное место! Просто чудесное!
– Так вы были в Парсиппани? – Кийя скептически подняла бровь.
– Не совсем. – Царь на секунду перестал сиять, но начал жать им руки с ещё большей силой. – Но я слышал, что там просто замечательно!
– Для нас большая честь познакомиться с вами, ваше величество, – низко поклонился Кинджал.
– Как и для меня! Как и для меня! – сказал царь, и его круглый живот затрясся от смеха. Он махнул слуге – и тот принёс поднос с бенгальскими сладостями всех видов. – Прошу, отведайте!
Кинджал потянулся за парой сандешей – он обожал эти сладкие ромбики с патокой и молоком, – но Кийя перехватила его руку.
– Спасибо, дядя. В другой раз. – Губы Кии скривились, что напомнило Кинджалу Ма. – Нам нужно обсудить нечто важное.
Царь приподнял бровь, услышав слово «дядя», но не переставал улыбаться, и Кинджалу подумалось, что тот допустил, будто она сказала так просто из вежливости – дети у них дома иногда называли родителей других детей дядей или тётей.
– Что может быть важнее расгуллы? – Царь отправил в рот два круглых творожных шарика с сиропом. – Очень вкусно!
У Кинджала потекли слюнки. Пока Кийя не успела его остановить, он взял немного сандешей. Мммм. Как взрыв вкусовой бомбы. Пока никто не видел, он успел сунуть несколько штук Шипучке.
– Мы хотим спросить о гибели пчёл в вашем царстве и о Гнус-Воне. – Голос Кии звучал напряжённо и пронзительно, как сирена. Не будь у него так набит рот, Кинджал бы призвал её успокоиться. – Мёдом можно приманить больше пчёл, чем нетерпением, – ну или что-то в этом духе.
– Кто вас послал? – Из-за трона вышел человек, которого они ещё не видели. Этот нос, эти глаза-бусинки нельзя было спутать ни с чем – министр Наку с фабричных изображений. – Кто ваш отец, царь Пар-си-пей-ни?
Кинджала рассмешило, как этот тип произнес Парсиппани, но его сестре не было смешно.
