Ожидая, когда Айн вернется с видеозаписью своей миссии, остальные пятеро смотрели канал «Злые люди». Это был относительно новый канал ВТ Панктауна, хотя настроения, лежавшие в его основе, определенно существовали еще до межпланетной колонизации. Для современного бизнесмена «зло» – новое коронное слово, движущий идеал. Выходили книги с названиями «Злые стратегии в бизнесе», «Стань злым!» и «Живи злым!» Термин чаще использовали мужчины, хотя их коллеги-женщины были не менее безжалостны в своих желаниях и методах. Эти пятеро юных женщин, закончив колледж, применят отточенные разрушительные навыки, которым обучались… и, без сомнения, в конечном итоге выйдут замуж за мужчин того типа, которым сейчас восхищались.
У двух мужчин в трехмерном видтанке с эффектом суперреализма – журналиста и его собеседника – головы были выбриты и покрыты памятными шрамами. У гостя, популярного завсегдатая передачи Н. Рона Хабхерда, который рассказывал о недавней смерти своего делового партнера, попавшего в ловушку, отсутствовало левое ухо, которое он собственноручно отрезал на ритуальной вдохновляющей деловой встрече, где к тому же принес в жертву ягненка.
– Вот, дамы, настоящий злой мужчина с яйцами, – хрипло произнесла Гейл, ее кошачий рот скривился в похотливой ухмылке. – Роб Мэлис считает себя таким кровожадным, раз отрезал себе палец – я слышала, после этого он чуть не потерял сознание. Встреть он однажды этого парня, просто сгорел бы со стыда и клонировал палец обратно.
– Меня тошнит от червей, которые думают, что они злые, – согласилась Шивка, перегибаясь через стойку и лениво покачивая запястьем с зажатой между пальцами сигаретой.
– Робу не придется резать глотки – папочка преподнесет ему бизнес на блюдечке. У этого червя совсем нет яиц.
– Кстати, о яйцах, – сказала Александра, – вот и Айн.
Айн расплывалась в улыбке, у нее был остекленевший взгляд, какой бывает у некоторых женщин сразу после секса. Вопросы пока не прозвучали – хотели сначала сами все увидеть. Хотя об исходе они уже могли догадаться, была одна деталь, которая заставляла напрячься.
Канал «Злые люди» сменили кадры с места событий, снятые специальными очками ночного видения, которые Айн надела этим вечером. Улица с мокрым от дождя тротуаром, поблескивающая грязно-белая плитка на стенах. Парившая камера свернула в переулок, девушки услышали хруст битого стекла и мусора под каблуками. Эта аллея не приносила плодов. Камера поплыла дальше по другому ответвлению, окутанная густым паром, с шипением вырывавшимся из вентиляционных отверстий. Что-то маленькое и черное, вздрогнув, спрыгнуло с неисправного утилизатора мусора.
– Черт! – услышали все хриплый голос Айн и рассмеялись.
– Испугалась? – ухмыльнулась Гейл.
– Ну, меня могли ограбить, понимаешь? Это не совсем тот район, в котором я обычно бываю.
– Хотелось бы на это надеяться.
Они затихли, теперь уже с большим благоговением, поскольку стало очевидно, что камера наводится на более крупную темную фигуру, слишком оцепенелую, чтобы испугаться, практически неподвижную. Глядя на видтанк, который, казалось, наполнял пар, девушки ощутили, будто сами стоят над привалившимся к стене переулка мужчиной. И до этого момента запись могла принадлежать любой из них. Айн была последней из претенденток. Из нее получилась хорошая «послушница», как они это называли… но теперь у нее появился шанс по-настоящему войти в сестринство. В Пакстонском университете они были элитой, таинственными и вызывающими зависть «Сестрами немилосердия».
Да, это был избранник Айн. Пускающий слюни кусок отбросов всхлипывал, и плевался, и в конце концов ухмыльнулся с невероятным удовольствием, которое почти прорвалось сквозь то ли наркотический, то ли пьяный дурман, когда Айн расстегнула и спустила его грязные штаны, а затем склонилась над ним. И камера вместе с ней. Картинка заполнила видтанк. Деревья из волос на ногах.
Сестры закричали и зааплодировали.
– Ни секунды колебаний! – вскрикнула от восторга Александра.
– У тебя получилось, – кивнула Гейл. – Самое то, девчонка.
– Ты прекрасна, – бормотал пьяный в переулке. – Ты прекрасна…
А потом он закричал.
Изображение в камере раскачивалось из стороны в сторону. Они услышали, как Айн мычала. Мужчина продолжал кричать. Теперь стало слышно, как Айн тяжело дышала, ее голос стал более четким, а рот – чистым.
– Он держал меня за волосы, – объяснила она.
Однако камера снова приблизилась. Яростно закачалась из стороны в сторону. Девушки увидели кровь, услышали стоны Айн.
– Боже, – сказала Гейл, – я не могу поверить, что ты действительно так далеко зашла и сделала все вот так.
– Действительно, – сказала Шивка.
Теперь девушки не кричали и не хлопали, просто наблюдали с ошеломленным, почти благоговейным трепетом. Все они пользовались ножами, скальпелями или секаторами. Айн сказала, что пустит в ход зубы. Девушки решили, что это нереально, а их лидер, Гейл, велела ей принести нож, зная, что даже она сама зубами не справилась бы.
«Ты не сможешь через это пройти», – предупредила она Айн тогда.
