– Детектив Лардин и следователь Екемма-Ур из участка девять «Б», отдел по борьбе с сексуальными преступлениями. У них к вам есть еще несколько вопросов…
Салит не проявляет никаких эмоций. Я тоже. Мы избегаем смотреть друг другу в глаза. Я не удивился, увидев ее. Когда мне сказали, что со мной приедет поговорить другая команда, думаю, я инстинктивно все понял. Когда прозвучало мое имя, что она почувствовала? Уверен, не призналась в том, что мы знакомы. Но я избегаю ее взгляда не только для того, чтобы скрыть наши отношения. Еще от стыда и тоски. Я понимаю, что потерял Салит.
– Пройдемте, пожалуйста, с нами, мистер Руби, – хрипло произносит Лардин, когда мои кандалы со щелчком расстегиваются. Я встаю и прохожу между ним и Салит в маленькую комнату для допросов. Моя рука едва заметно задевает руку Салит, и я едва улавливаю ее аромат, напоминающий запах пачули.
Сажусь. Соглашаюсь на чашку кофе. По-прежнему не смотрю на свою любовь.
– Мистер Руби, – грохочет Лардин, – что вы делали сегодня днем на двух местах преступления, связанных с расследованием убийства?
– Я недавно видел об этом в новостях, сэр, – отвечаю я. – И на полицейском сайте.
– Да. – Салит протягивает пачку бумаг. Мои распечатки, вынутые из пальто во время первого задержания. Фотографии с места преступления. Карты. И диаграммы из «Вен Древних», сделанные мистиком/математиком тиккихотто Скретуу. – Похоже, вас особенно заинтересовал наш сайт, мистер Руби. Особенно нераскрытое убийство Елены Дарлум.
– Почему, мистер Руби? – спрашивает Лардин.
– Буду совершенно честен, – говорю я, опуская взгляд в свой маслянистый черный кофе. Если есть момент, когда бы я не смог посмотреть в глаза Салит, так это сейчас. – И даже соглашусь на сканирование. Причина моего интереса к смерти Елены Дарлум в том, что однажды я был ее клиентом…
– Понятно, – говорит Лардин.
– И когда это было, мистер Руби? – спрашивает Салит сухим мертвым голосом.
Смотрю в ее черные глаза, маслянистые и дымящиеся, как мой кофе.
– Это было до того, как я встретил свою нынешнюю девушку. Мне было одиноко. Я совершил ошибку. Мне стало жаль бедную девушку – она сказала, что хочет покончить с той жизнью, которой жила. Поэтому, услышав в новостях про ее убийство… наверное, я зациклился на этом деле. Был человек, которого я… я… не то чтобы любил. Но я почувствовал себя ужасно из-за всего этого. Думаю… я почувствовал вину за то, что был одним из тех, кто воспользовался ее печальным положением. Думаю, мой интерес к ней стал болезненным и навязчивым. – Теперь я не отрываю взгляда от Салит, а она – от меня. – Но я клянусь, что не причинял ей вреда. Я не убивал ее.
Салит поворачивается на стуле, чтобы обратиться к своему напарнику.
– Сперма в жертве была калианской, – напоминает она ему.
– Это ничего не значит, – зловеще бормочет тот. – То, что ее последними клиентами были двое калианцев, не значит, что именно они ее убили. Убийца, возможно, никогда не кончал в нее и даже не вступал с ней в половую связь.
– Он говорит, что пройдет сканирование на честность, – говорит Салит.
– Вы сделаете это прямо сейчас, мистер Руби? – спрашивает Лардин. – Отказываетесь ли вы от своего права проконсультироваться сначала с адвокатом?
– Да, безусловно, – отвечаю я. – Мне нечего скрывать.
Лардин что-то бормочет Салит, затем встает и выходит из комнаты.
– Что это, Кристофер? – немедленно спрашивает моя девушка, ее голос звучит не менее профессионально, когда она вытаскивает из пачки распечаток страницы «Вен Древних».
– На случай, если ты не догадалась, Сэл, – шепчу я, – у меня интерес к оккультным наукам. Любым, от народных сказок до религии. Вот почему я постоянно спрашиваю тебя об Уггиуту. Вот почему я был в калианском читальном зале. Мне просто неловко было раньше признаться, насколько меня интересуют подобные вещи. Я не хотел, чтобы ты считала меня чудиком.
– Лучше бы ты только им и был. – Салит щурит глаза, которые внезапно становятся скорее пугающими, чем прекрасными. – Потому что, если это ты убил ту девушку, Крис, я тебя на хрен уничтожу.
– Сканирование докажет, что я не лгу.
– Проститутка, Крис. Очень мило…
– Это было до тебя
– Она была так молода…
– Сэл…
– Так что же ты делал с этим оккультным дерьмом? С этими снимками?
– Произносил что-то вроде молитвы на каждом из мест, где была найдена одна из частей ее тела. Честно признаюсь, сегодня я произнес все восемь. Это был ритуал ради того, чтобы помочь ее душе обрести покой. Как уже сказал, Сэл… Я чувствую себя таким виноватым из-за…
Я умолкаю, когда неуклюжий, мощного вида чум возвращается в комнату, держа в руках небольшое устройство. Подойдя ко мне, он большим пальцем грубо прижимает клейкий диск к центру моего лба. Диск торчит там, как индийский бинди. Затем форсер снова садится и активирует устройство для проверки честности. Салит придвигается ближе, чтобы смотреть на сканер сверху. Ее крепко сцепленные пальцы лежат на столе.
– Как вас зовут? – требовательно спрашивает Лардин.
– Кристофер Руби.
