— У меня украли амулет мормилая. Это была кровная месть одной семьи в Крампоре. Они убили близких мне людей, а амулет забрали.
— Как раз это ерунда, — ответил Влад, небрежно махнув рукой. – Едва магический контракт между Веленским и Арджинтарием был нарушен, твой амулет стал не более, чем побрякушкой. Сам по себе амулет мормилая никогда не имеет силы. Он – это связующее звено между двумя мирами, нашим и теней. Пока между ними есть ниточка, мормилай существует и разложение его тела крайне замедлено.
— То есть, я должен давным-давно умереть?
— Получается, что да, — хмыкнул Дракула. – Случаев, когда мормилай смог противостоять хозяину очень мало. А чтобы мормилай смог справиться с создателем и того меньше… Возможно, их и не было вовсе… В чём я лично сомневаюсь, но… Кто знает, да? Должен же кто-то стать первым?
— Весьма польщён подобной честью, — бросил я.
— Всё дело в твоей душе, это ясно как день, — продолжил Влад. – Но, смею предположить, Мирел кое в чём ошибся. Он решил, что проклятие «Церценима» разорвало твою душу надвое, но мне это кажется бредом.
— Почему же? – вступил в разговор Маркус.
— Как можно разделить то, что неделимо? – вопросил Дракула. – Мирел в этом ошибся! И, как мне кажется, ошибся с Алексеем не в первый раз.
— Что ты имеешь ввиду?
— Некромантов очень мало. Среди всех тёмных душ, что скитаются по этой бренной земле, некроманты – самые редкие. И мы все знаем друг друга.
От этой новости, я едва не поперхнулся.
— Ты знаешь всех некромантов? – в один голос с Маркусом, вопросил я.
— Всех, — подтвердил Дракула. – Ну, или почти всех. Время от времени, некоторые умирают. Редко своей смертью… Очень редко… Та власть, что вверена нам вседержителем Лот, опьяняет. От такого невозможно отказаться! Особенно, когда знаешь, что ждёт по ту сторону.
— У меня очень много вопросов, — проговорил я, едва оправившись от потрясения.
— Начни хоть с чего-то, — усмехнувшись, предложил Влад.
— Почему ты сказал, что наша власть дана вседержителем Лот?
— Потому, что так оно и есть. Лот был покровителем подземного мира, но после войны Сестёр, оказался низвергнут. Это его сны пробуждают в нас тёмную искру. Лот пытается проснуться, а для того, ему нужна вся сила, которую он когда-то отдал Сёстрам.
— Всё равно не понимаю, — покачал головой я.
— Лот создал двух сестёр Атрашу и Эвт. Они должны были править миром людей, учить нас, развивать. Себе Лот оставил мир теней — Амбраморкс. Просто потому, что это самое главное – следить за механизмом перерождения. Это основа мироздания!
— Но куда он пропал? Где спит?
— Я думаю, ты и сам это прекрасно знаешь, — проговорил Дракула, буравя меня взглядом. – Тебя посещали грёзы? Посеща-а-а-али… Я вижу. В твоих глазах осталась тень его отражения. Ты видел.
— Дулкруд, — проговорил я, чувствуя, как у меня немеют ноги.
— Лишь одно из его имён. Многие народы, называли его по-разному. Имён много, но всё это одна сущность. До́минус, Видфа́ри, Фла́мест… Много имён, всех и не счесть.
— Так это и есть Лот?! – Я смотрел на Дракулу, выпучив глаза, всё ещё не веря себе.
— Спящий. Очень ослабленный, но тот самый, — подтвердил Влад. – Он собирает души, которые присылают ему некроманты. Словно старатель, что просеивает через сито речной песок в поисках золота, Лот слепо ищет души с отголосками его силы, пожирая всех, до кого смог дотянуться, возвращая утраченное.
— То есть все души, что попали в Амбраморкс это мормилаи? Все они прокляты?
— Не все. В момент смерти, человеческая душа воспаряет к небесам, где её встречает Атраша и Эвт. Они очищают душу от земных тягостей, и освобождённую перенаправляют в Амбраморкс, где Лот сопровождает их к новой жизни. Так рождаются люди. Таков его замысел. Так было раньше, но не сейчас.
— Но Атраша и Эвт же в… кхм… ссоре?
— Да, — кивнул Дракула. – И говоря совсем грубо, некому заниматься очищением душ смертных. Поэтому души попадают в Амбраморкс отягощённые земным опытом. Часть всё равно проходит через врата перерождения, но другая часть теряется, становясь неистовыми призраками, что навеки вечные обречены скитаться под чёрным солнцем. Некоторые из них правда вырываются. Не спрашивай, как, я сам не знаю. Так в мире появляются тёмные души, непохожие на обычных людей, но несущие в себе частицы отражений, силу, что вырвали из-под власти чёрного солнца.
— Нечисть, — пробормотал я. – Ундины, мавки… и прочее.
— Да. И прочее. И их становится с каждым годом больше.
— Но как они… — начал было я, но запнулся. — Не знаю, как сказать… Обретают плоть в мире живых?
— Они её воруют. Находят подходящий сосуд и занимают его.
— Сосуды — это люди? – протянул побледневший Алейо.
— Люди и трупы людей, — ответил Влад, с усмешкой глядя на пажа рыцаря. — Не в каждого можно вселиться. Они ищут слабых, больных, озлобленных. Путей много.
