— Можно сказать и так. Я обманул покупателя, на деле не передав ему власть над кадавром. Но сделку мы заключили и скрепили её клятвой. А уже следующей же ночью мормилай благополучно укокошил свежеиспечённого господина, выполняя мой приказ. Так я получил бессмертие в обмен на отказ от света солнца. Я был готов стать вампиром, а потому, едва почувствовал зов крови, покорился ему. Я охочусь каждую ночь, использую знания в алхимии, и… Это, наверное, самое главное… Я очень хочу жить не из страха смерти. У меня много дел здесь… на этой земле. На моей родине.
— И всё-таки это весьма скверный поступок, — проговорил я, продолжая изучать небосклон. – Я бы даже сказал, что ты подлец, Дракула.
— Ты ошибаешься, и скоро узнаешь почему.
— Неужели есть оправдание тому, что украл чью-то жизнь?
— Я вижу перед собой мормилая или благочестивого монаха? Ты ли не убийца?
— В том то и дело. В этом разница между нами. Ты убийца по своей воле, а я – мормилай. И говорил я не про убийство покупателя, а про то, что ты создал мормилая ради воплощения своей цели. Ты отправил в Амбраморкс несчастную душу, лишив её шанса на правильную смерть.
— Такова суть некромантии, Алексей. Принимать решения. И отвечать за них. Но довольно болтовни, сегодня твой первый урок. Иди за мной.
Когда мы спустились во двор замка, нас уже ждали два осёдланных коня, которых подвёл молчаливый тип, прятавший лицо под капюшоном. Едва оказавшись в седле, Влад пришпорил коня, словно собирался от меня удрать. Я последовал за ним, погружаясь в атмосферу бесшабашной скачки. Копыта сверкали в ночи, едва не выбивая искры. Оба коня мчались подобно взявшим след гончим. Я старался не отстать от Влада, хоть и понимал, что тот не пытается скрыться. Жест по началу вызвавший во мне раздражение, теперь будоражил кровь.
«У нас ведь не так много осталось, — подумал я. – А скачка в ночи во весь опор прекрасно проветривает мозги».
Мы скакали, минуя заметённые снегом поля, проносясь мимо спящих деревень, провожаемые собачьи лаем. А путь струился всё дальше и дальше. Нырнув под кроны синеватых елей, я почувствовал трепет и дрожь, какую испытывает юноша перед свиданием. Лес был древним. Он полнился необъяснимой силой, которая не показывается тому, кто неспособен управлять ею. Я вспомнил чарующие танцы вокруг костров и странных духов, которых встретил в ночь, когда прогнал Маркуса. Вспомнил глаза и сладость губ лесной ундины, что разделила со мной страсть, дарованную лишь на краткое мгновение, пока горит огонь. Из мыслей меня вырвало внезапное ощущение опасности, обострившееся в ночи чутьё, как и всегда, работало даже когда я намеренно не пытался его усилить. Я хотел было потянуться вперёд внутренним взором, но тогда пришлось бы отстать от Влада.
— Стой, — крикнул я, но ревущий ветер бросил мои слова прочь. – Стой, Влад! Там что-то впереди!
Он на миг обернулся. Я видел, как вспыхнули красным его глаза в ночном мраке. Дракула коротко кивнул, и продолжил скачку. Впереди замаячил свет. Крошечное золотое свечение, мелькавшее между стволами деревьев. Влад направил коня туда, и вскоре мы очутились у небольшого охотничьего домика. Дверь распахнулась. Через порог быстро шагнул мужчина с аркебузой наперевес, тотчас отходя в сторону. Следом за ним вышел второй, держа в руке масляный фонарь. Влад остановил коня, застыв в седле, давая им себя рассмотреть. Я поравнялся с ним, сделав то же самое.
— Кого это к нам метель принесла? – пробасил тот, что был с ружьём.
Мне отчего-то сразу не понравилось его лицо. Рыжие волосы и такая же рыжая жидкая борода, тотчас раскрасневшиеся от мороза щёки, приплюснутый, явно сломанный не один раз нос, узкие по-рыбьи крошечные губы, всё это было не интересно. Меня приковали его глаза. Зелёные, словно берёзовый лист, они излучали гадливую жадность. Он смотрел не на нас, а на нашу одежду, уже прикидывая, что бы мог напялить на себя, а что просто продать. Второй, тот что с лампой был под стать приятелю. Лохматые, не знавшие гребня чёрные волосы. Наглые и жестокие карие глаза. Цвет лица землистый, а кожа морщинистая и дряблая.
— Метель давно ушла на запад, — проговорил Дракула, улыбнувшись. – Но вам она принесла гервенского серебра, если то, что я заказывал на месте.
— На месте, будь покоен, господин, — засмеявшись, пролаял черноволосый. – Денежки покажи и дело в шляпе.
Дракула открыл седельную сумку и извлёк из неё увесистый кошель, который тотчас бросил мужчине с ружьём. Тот ловко поймал звякнувший мешочек. От этого звука, глаза обоих просияли.
— У нас порядок? – спросил его черноволосый.
— Полный, — ответил рыжий, который уже развязал бечёвку и перебирал в ладонях мерцающие в отблесках света монеты.
— Она в доме, — ухмыляясь продолжил черноволосый.
— Разведите огонь, да присмотрите за нашими лошадьми, — бросил Дракула, спускаясь из седла. – Мы с другом оставим вас на какое-то время. Вы же не притрагивались к ней?
— Не трогали, не трогали, — заверил Дракулу рыжий. – Вы снимите первый сок, господин хороший. А как позабавитесь, то уж и наш черёд настанет.
