— Это нас уже не касается, — бросил на ходу Дракула, жестом увлекая меня за собой.
Войдя в охотничью сторожку, Влад, дождавшись меня, тотчас закрыл дверь на тяжёлый засов. Света было немного, но нам этого и не требовалось. Пол был застелен старыми, истоптанными и лысоватыми шкурами зверей. В углу теплился открытый очаг. Дрова давно прогорели, а потому волоковое окно было закрыто. На столе стояла на половину опустошённая бутыль с мутной жидкостью, по запаху самогон. Вместо кровати у стены были свалены мешки с соломой. Поверх них лежала худощавая и совсем молодая девушка. На вид ей едва ли исполнилось пятнадцать. Она затравленно смотрела на нас, даже не пытаясь что-то сказать или бежать. В невинных голубых глазах читалось осознание того, зачем её сюда привели.
— Что ты видишь перед собой, Алексей? – заговорил Дракула тоном, который вовсе не соответствовал обстоятельствам.
Влад говорил спокойно, так словно был профессором на кафедре, выступающим перед студентами.
— Ребёнка, — холодно отозвался я.
— Для кого-то одна ребёнок, — согласился Дракула. – Но явно не для родителей, которые отдали её на поругание за горсть монет.
— Они меня выкрали, — прошептала девочка.
Её губы затряслись, а глаза наполнились слезами.
— Пожалуйста, — пробормотала она, и лоснясь, словно послушная собака, поползла к Владу, боясь поднять взгляд. – Пожалуйста… умоляю вас….
— Хватит, — резко сказал Дракула.
Его слова звучали хлёстко, как кнут и властно, как приказ. Девочка тотчас замерла, словно сражённая молнией. Упав лицом в меха, она застыла, не смея ни шевельнуться снова, ни даже вернуться назад.
— Тебе жаль её? – спросил Дракула, заглядывая мне в глаза.
— Конечно же, да, — ответил я.
— Так вот запомни. Некромант – это не человек, хоть он и живёт среди людей. Воля некроманта – его главная сила. И коль ему нужен материал, рука не дрогнет даже, если перед ним ребёнок.
— Зачем мы пришли? – проговорил я, потому, что больше не мог ждать.
— Сегодня ты научишься управлять своей силой. Создание кадавра для тебя ещё слишком сложно, но ты будешь смотреть за тем, что делаю я, и повторять.
— Понятно, — проговорил я, глядя, как едва заметно вздрогнуло тщедушное тельце, лежащее на полу.
— Возьми мой кинжал, — продолжил Дракула будничным тоном. – Подними её за волосы. Держи лицом вниз, чтобы не запачкаться. А затем перережь горло. Так тело после смерти потеряет лишь кровь, которая уже будет не важна, но не повредятся внутренние органы. Вперёд.
Я принял из рук вампира кинжал и словно зачарованный подошёл к лежащей на полу девочке. Её каштановые прямые волосы рассыпались поверх спины. Торчащие в стороны лопатки походили на обрезанные крылья. Я протянул к девочке руку, но тотчас отдёрнул. У меня в голове не укладывалось, как можно взять её за волосы, не говоря уж о том, что должно последовать после.
— Не думай, не бойся, просто делай, — проговорил у меня за спиной Влад. – Режь.
Я снова протянул руку, но вместо того, чтобы взять за волосы, осторожно коснулся плеча девочки. Она снова вздрогнула, но не проронила ни звука. Моя ладонь легла поверх её головы… а затем я погладил её с такой нежностью, будто бы это была Злата или Олеся. Я тотчас вспомнил их имена и лица. Это произошло быстро, словно вспышка молнии озарила во мраке страницы памяти.
— Я не стану этого делать, и не дам тебе, — тихо сказал я, оборачиваясь. – Можешь считать меня слабаком или трусом. Мне всё равно.
— Так ты выучил первое правило некроманта, — словно бы ничего не произошло заявил Дракула. – Оно очень простое: уважай жизнь. Ты не слуга смерти и не смерть. Ты скульптор мёртвой плоти.
Я несколько опешил, но всё же спросил:
— А как же то, что ты сказал до этого? Когда некроманту нужен материал, его рука не дрогнет даже, если перед ним ребёнок.
— Именно так, — кивнул Дракула, улыбнувшись. – Но речь о мёртвом ребёнке. Ты не должен быть сентиментальным, но и не обязан стать чудовищем. Материал есть материал. Если он хорош, следует использовать именно его. Но мы работаем с мёртвыми, Алексей, а не убиваем.
Я невольно улыбнулся. Дракула глядел так же. Он явно был доволен собой и тем, как шокировал меня.
— Но твой урок для меня стал слишком дорог для неё, — без укора, но с нажимом заметил я. – Что с ней? Это обморок? Я чувствую её дыхание и сердце, но она словно в омуте с водой… Всё её естество какое-то оглушённое, но девочка не спит.
— Подобная способность пока тебе не доступна, — ответил Влад. – Вампир многое получает от ночи взамен на отказ от дня. Ты и сам уже наверняка заметил, что ночью становишься сильнее. Я же становлюсь кратно сильнее. А это называется гипноз. Я могу заставить её забыть то, что сегодня случилось.
— А что с этими? – спросил я, мотнув головой в сторону двери.
— Нам всё ещё нужны тела для занятия, — ответил Дракула, решительно направляясь к двери. – Мы не нападём первыми. Первое правило не будет нарушено.
Оказавшись на улице, мы остановились у костра, который развели несостоявшиеся похитители. Завидев нас, они оборвали разговор, тотчас взявшись за оружие.
