– Мистер Реннер объяснил нам, что такое уединение, – заметила его мошкита и резко толкнула дверь, которая теперь закрывала и ее нишу.
– А вот это даже ни к чему! – воскликнул Уитбрид, который привык к общим каютам.
Если он проснется среди ночи, с кем можно будет поговорить, прежде чем снова захочется спать?
Кто-то постучал. Уибрид открыл дверь: в коридоре стоял Вейсс со Столешницы.
– Сэр, можно поговорить с вами с глазу на глаз?
Мошкита Уитбрида молча удалилась в свою нишу. Чужаки сразу поняли суть слова «уединение». Уитбрид пригласил Вейсса войти в комнату.
– Сэр, у меня возникла проблема, – начал Вейсс. – То есть у нас с Джексоном. Мы спустились вниз, чтобы помочь: отнести багаж, почистить вещи и тому подобное.
– Но от вас не требуется ничего такого. Мы здесь почетные гости.
– Да, сэр. Но… нам с Джексоном тоже назначили по Коричневому. Я… и…
– По финч’клик.
– Да.
– И есть кое-что, о чем вы не должны говорить, – добавил Уитбрид.
Оба рядовых работали на ангарной палубе и не могли знать о технологии поля слишком много, но Уитбрид решил перестраховаться.
– Да, сэр. Никаких военных историй, ничего о корабельном оружии или двигателе.
– Отлично. Если не считать этого, вы в отпуске. Путешествуете первым классом со слугой и местным гидом. Развлекайтесь. Не говорите ничего, за что Царь может вас повесить, и не беспокойтесь о расходах. Будьте хозяевами положения и надейтесь, что вас не отправят обратно следующей шлюпкой.
– Слушаюсь, сэр. – Вейсс усмехнулся. – Именно поэтому я и попал в военно-космический флот. Странные миры – вот что нам обещают вербовщики.
– «Невероятные забытые города»… Я тоже.
Позже Уитбрид замер у панорамного окна. Город сверкал миллионами огней. Миниатюрные автомобили исчезли, и теперь по улицам катили тяжелые грузовики. Пешеходы умерили свою прыть. Уитбрид заметил кого-то высокого, веретенообразного – он ловко лавировал среди мошкитов. Увернувшись от громадного Носильщика, он скрылся за углом.
Реннер проснулся еще до восхода. Пока он нежился в замечательной ванне, мошкиты выбрали и предложили ему одежду. Реннер решил согласиться с их выбором. Он был снисходителен: других слуг – не денщиков – у него, возможно, никогда и не будет. Его оружие мошкиты осторожно выложили вместе с одеждой, и, ненадолго задумавшись, Реннер пристегнул пистолет под штатскую куртку, сшитую из изумительной сияющей ткани. Пушка ему не требовалось, но правила есть правила…
Остальные тоже проснулись спозаранку. Теперь они завтракали, посматривали в панорамное окно и любовались рассветом. Он походил на закат – тоже все оттенки красного. День на Мошке-1 оказался на несколько часов длиннее стандартных суток, соответственно и ночь тянулась дольше, поэтому люди могли выспаться и вдоволь отдохнуть.
На завтрак подали нечто непонятное, правда, вкусом напоминающее яйца, сваренные вкрутую. Реннер недоверчиво уставился на смесь вишневого цвета в своей тарелке.
– Что за ерунда, – пробурчал он и не притронулся к блюду.
– Музей находится в паре кварталов отсюда, – мошкита доктора Хорвата неловко взмахнула своими правыми руками. – Предлагаю вам прогуляться. Погода хорошая, и верхняя одежда вам не понадобится.
У всех мошкитов возникла проблема: они не знали, какую пару рук использовать для имитации человеческих жестов. Реннер подумал, что мошкита Джексона определенно свихнется: Джексон был левшой.
Они действительно пошли пешком. Мошкита ошиблась: холодный ветер так и налетал на людей. Светило тусклое солнце: в столь ранний час можно было смотреть прямо на него. Внизу, в двух метрах под пешеходной дорожкой, сновали мини-автомобили. Чужие запахи уже просачивались сквозь фильтры шлемов, а уши гостей начинали привыкать к мерному гулу моторов и чириканью чужаков.
Хотя люди явно выделялись среди разномастных мошкитов, на них не обращали внимания. Вдруг из-за угла вывернула стайка Белых: вот они-то и остановились, изучая гостей. Белые щебетали мелодичными голосами и с любопытством разглядывали незнакомцев.
Бери было не по себе, он озирался по сторонам и жался к своим спутникам. «А ему не позавидуешь», – подумал Реннер и заметил, что его самого разглядывает вроде бы беременная Белая (по крайней мере, у нее был выпуклый живот). Реннер улыбнулся, присел на корточки и повернулся к чужачке спиной. Его финч’клик что-то пропела на низких нотах: Белая приблизилась к Реннеру, как и остальные Белые. Вскоре дюжина меховых лап начала простукивать его спину вдоль и поперек.
– Ладно, – проговорил Реннер. – Пониже. Да, чесать можно здесь.
Когда Белые ретировались, Реннер поднялся и быстро пошел вперед. Его мошкита рысцой бежала рядом.
– Надеюсь, что не научусь вашей непринужденности, – внезапно произнесла она.
– А почему? – серьезно спросил Реннер.
– Когда вы уйдете, у нас будет другая работа. Нет, тревожиться незачем. Если вы можете довольствоваться военно-космическим флотом, то и мне не слишком трудно порадовать отдающих приказы.
