– У меня есть кое-какие соображения, – заявила Салли. – На планете могла разразиться эпидемия или произойти экологическая катастрофа. Может, у них были двигатели внутреннего сгорания времен СоВладения, которые загрязнили атмосферу и сделали ее непригодной? Или их цивилизация развивалась с помощью полезных ископаемых, а потом вдруг топливо резко закончилось? Разве они не должны были вернуться в железный век, прежде чем сумели открыть ядерный синтез и физику плазмы? И у них почти нет радиоактивных руд.
Род пожал плечами.
– Значит, вам действительно пригодится именно геолог, а не доктор Бакман. Полагаю, вопрос решен, доктор Хорват?
Министр науки кивнул.
– Но все равно мне не по душе вмешательство военно-космического флота в нашу работу. Скажите ему, доктор Харди. Это необходимо прекратить.
Священник-лингвист встрепенулся. Он сидел в самой глубине комнаты и молчал, внимательно слушая.
– Энтони, для полевых исследований, конечно, понадобится помощь геолога, а не астрофизика. И… капитан, я оказался в беспрецедентном положении. Как ученый, я не могу одобрить ограничений, налагаемых на наши контакты с мошкитами. Как представитель Церкви, я стою перед невыполнимой задачей, а как офицер военно-космического флота… пожалуй, я должен согласиться с адмиралом.
Собравшиеся в кабине уставились на Харди.
– Вы видели хотя бы малейшие доказательства военной деятельности на Мошке-1? – спросил Хорват.
Харди стиснул кулаки и медленно проговорил:
– Нет. Но я очень сильно обеспокоен, Энтони. Мошкитам известны войны: класс Посредников был создан – вероятно, сознательно, – чтобы прекратить их. Вряд ли они всегда добиваются успеха. Но тогда почему мошкиты прячут от нас оружие? Напрашивается ответ: по той же причине, что и мы. И задумайтесь: мы не скрываем, что у нас есть оружие, не скрываем даже, какова его природа. Тогда почему они ведут себя подобным образом?
– Может, им стыдно перед нами, – предположила Салли. Посмотрев на Рода, она опустила взгляд. – Я не в буквальном смысле… Но я не сомневаюсь, что на планете была высокоразвитая цивилизация, которая погибла. А сейчас мошкиты – их потомки – могут стыдиться своего бурного прошлого.
– Вы правы, – признал Харди и понюхал рюмку с коньяком. – А может, и нет, Салли. Я подозреваю, мошкиты прячут нечто важное… у нас под носом.
Воцарилась тишина, которую нарушило фырканье Хорвата.
– Но как, доктор Харди? Их управление осуществляется через дипломатов-посредников, которые в свою очередь выполняют волю мошкитов, отдающих приказы. Тем не менее их города смахивают на автономии. На Мошке-1 едва ли есть планетарное правительство, а вы думаете, что они способны сговориться против нас? Верится с трудом.
Харди хмыкнул.
– Судя по тому, что мы видели, доктор Хорват, так и есть. Однако я не могу избавиться от ощущения, что они что-то скрывают.
– Они показали нам все, – не сдавался Хорват. – Даже владения отдающих приказы, где обычно не принимают посетителей.
– Салли уже говорила об этом перед вашим приходом, – перебил его Род. – А как живет правящий класс мошкитов? Подобно имперской аристократии?
– Сравнение лучше, чем можно бы подумать, – буркнул Хорват. Две порции мартини заметно опьянили его. – Есть много общего… хотя концепция их роскошного образа жизни совершенно отлична от нашей. Впрочем, есть и кое-что общее… земля… слуги… и тому подобное. – Хорват плеснул себе еще мартини и обхватил бокал ладонями, согревая спиртное.
– Мы побывали в гостях у пары местных богачей. Один живет в небоскребе возле Замка и контролирует все здание – там, внизу, расположена торговая галерея… А еще на него трудятся сотни Коричневых, Красных, Рабочих и… дюжины неизвестных нам представителей других классов. Второй – кстати, он Фермер – смахивает на сельского барона. Рабочие живут в узких домиках, основную территорию землевладения занимают поля. Само поместье здешнего «барона» – просто огромное.
Род вспомнил родной дом.
– Круцис-Корт тоже окружен деревнями и полями, причем поселения неплохо укреплены после Сепаратистских войн.
– Забавно, – буркнул Хорват. – Там тоже имелся участок, укрепленный по меркам местного «баронства». И атриум в самом центре. Вообще, что касается укреплений, ни в одном жилом небоскребе нет окон на нижних этажах, и везде разбиты садики на крышах. Полное самообеспечение. Любопытно, правда. Мы не сообщили об этом адмиралу: он наверняка обнаружит милитаристские тенденции.
– Вот как? – произнес Каргилл. – Судя по тому, что я слышал, у каждого из отдающих приказы есть своеобразная крепость. Сады на крышах… «Домовые», ремонтирующие технику… Жаль, мы не приручили нескольких и не сделали их помощниками Синклера. – Каргилл заметил, что капитан мрачно уставился на него, и торопливо добавил: – В любом случае у Фермера должны быть преимущества, если его владения подвергнутся натиску врага, поскольку его особняк похож на укрепленную крепость… Насколько я понял, так выглядят и остальные дома представителей высшего звена…
Доктор Хорват успешно сдерживался, а вот Салли Фаулер не сумела скрыть свое веселье. Наконец она рассмеялась.
