– Разве мое мнение будет иметь какой-то вес? Да и остальные будут возражать.
– Что с вами, кэп? Знаете, что о вас думают ваши офицеры и экипаж? Неужели у вас нет никаких соображений? Капитан, из-за таких вот чучел вроде вас… – Кевин осекся, смущенный тем, что сказал больше, чем намеревался. – Ладно. Царь поинтересуется вашим мнением. Конечно, он не примет совета ни от вас, ни от Хорвата, но официально побеседует с вами обоими. Такой пункт есть и в инструкции экспедиции…
– А вы-то сами почему в курсе?
– Капитан, моя команда занималась спасением с «Макартура» судовых журналов и сборников приказов! На них не было грифа «Секретно».
– Не было?
– Наверное, освещение было плохое, и я не заметил. Кроме того, следовало убедиться, что мы взяли те самые сборники, верно? Так или иначе, но док тоже знает об этом распоряжении. Он собирается настоять на созыве военного совета, прежде чем Кутузов примет окончательное решение насчет послов.
– Ясно, – Род потер переносицу. – Кевин, а кто вас прислал сюда? Хорват?
– Хорват? Нет. Сам додумался, – Кевин кашлянул. – Впрочем, не без некоторой сторонней поддержки, капитан. – Он помолчал, ожидая вопроса, но Блейн лишь молча смотрел на него. Реннер фыркнул. – Иногда диву даешься, почему аристократы не вымерли в принципе, если большая их часть кажется такими глупцами! Почему бы вам не увидеться с Салли? Она сидит у себя в каюте и пытается изучать документы, но у нее это плохо получается. – Реннер резко поднялся со стула. – А дружеское участие ей сейчас тоже не помешает.
– Салли? Она беспокоится о…
– Боже мой, – буркнул Реннер, развернулся, открыл дверь и выскочил в коридор.
«Ленин» шел к точке Безумного Эдди с ускорением в полтора
Он представлял собой обтекаемый цилиндр с утолщением на носу и смахивал на минарет, водруженный на столб пламени термоядерного синтеза. Салли Фаулер и отец Харди очень веселились, глядя на него, но остальные не замечали или делали вид, будто не видят никакого сходства с фаллосом.
Кутузов ненавидел дареный корабль. Послы мошкитов, с которыми предстояло иметь дело, просто исполняли приказы, но с кораблем все обстояло иначе. Он догнал «Ленина», разместился в трех километрах от военного судна и принялся передавать бодрые сообщения, пока канониры «Ленина» следили за ним. Кутузов успокаивал себя тем, что на корабле не может быть достаточно мощного оружия, чтобы пробить поле «Ленина».
Впрочем, имелась и другая причина для ненависти: корабль как будто искушал Кутузова нарушить приказ. Добровольцы из команды «Макартура», осматривавшие его, восторгались всем, что увидели. Управление напоминало управление катером Космофлота, однако привод был стандартным ядерным приводом мошкитов – с длинным направляющим жалом, вдоль которого текла плазма. Были и другие весьма любопытные «мелочи». Адмиралу Кутузову хотелось взять дареный корабль с собой.
Но в то же время он боялся пускать туда своих людей.
После того как корабль проверили офицеры, на борт поднялись ученые. Кутузов осознавал, что постоянные перемещения серьезно подрывают легенду о чуме на «Макартуре», но ему хотя бы не требовалось объяснять это мошкитам. Пусть Хорват зачитывает эксплуатационные приказы и требует военного совета – пока Кутузов жив, ни одного чужака на борту «Ленина» не будет. Впрочем, сам корабль…
Адмирал взглянул на его изображение на экранах – на борт уже перебирались штатские. Они собрались на «Ленине» на похороны, а теперь спешили изучить новую игрушку, которая находилась на чужом борту.
Кутузов прочитал десятки рапортов: корабль просто изобиловал чудесами и мог оказаться бесценным для Империи, но иногда Кутузова охватывали сомнения. Почему он согласился на мошкитский подарок? Кутузову бы помог капитан Блейн, но Род был сломлен и все глубже погружался в размышления о своем несчастье, став бесполезным именно тогда, когда требовался его совет. А Хорват был ослеплен верой во всеобъемлющую доброжелательность мошкитов. Оставался только Бери с его не менее слепой ненавистью, несмотря на все доказательства того, что мошкиты дружественны и безвредны.
– Вероятно, так и есть, – пробурчал Кутузов.
Гораций Бери вздрогнул и вопросительно уставился на адмирала. Они вместе пили чай на мостике, разглядывая подарок.
– Вероятно, мошкиты дружественны и безвредны, – повторил Кутузов.
– Вы тоже верите в эту чушь? – воскликнул Бери.
Кутузов пожал плечами.
– Я говорил другим: не имеет значения, во что я верю. Моя задача – обеспечить правительству максимум информации. При наличии одного корабля его потеря означает потерю всех данных. А подарочек мошкитов наверняка представляет огромную ценность, не так ли, мистер Бери? Сколько бы вы заплатили военно-космическому флоту за лицензию на производство кораблей с таким приводом?
– Я заплатил бы гораздо больше, лишь бы увидеть, что с угрозой мошкитов навсегда покончено, – серьезно ответил Бери.
– Гм, – адмирал был склонен согласиться.
