В Трансугольном секторе и без того хватало забот. Одному богу известно, сколько колоний бунтует и сколько присоединится к ним против Империи. Чужаки стали очередной проблемой, совершенно ненужной военно-космическому флоту.
– И все-таки технология… торговые возможности… я думал, вы заинтересуетесь.
– Нельзя им доверять, – произнес Бери, стараясь говорить спокойно. Адмирал не любил людей, не умеющих владеть собой. Бери прекрасно его понимал – сказалось отцовское воспитание.
– Адмирал, они убили наших гардемаринов. Надеюсь, вы не поверили сказочке о вхождении в атмосферу? Не забудьте, что именно мошкита-шахтер запустила на «Макартур» мелких тварей, которые расплодились и едва не пробрались на борт «Ленина». – Торговец содрогнулся, вспомнив крошечные горящие глаза монстров. – Конечно, вы не позволите чужакам проникнуть в Империю. И не позволите «домовым» проникнуть на борт своего корабля.
Мошкиты! Читающие мысли чудовища… Телепаты они или нет, но мысли они точно читают. Бери попытался скрыть отчаяние: если даже адмирал Кутузов поверит чужакам, какое будущее ждет Империю? Новая технология беспримерно взбудоражит Имперскую Торговую Ассоциацию, и только у военно-космического флота хватит влияния, чтобы справиться с требованиями, предъявляемыми ИТА. Клянусь бородой пророка, нужно что-то делать!
– Я начинаю подумывать, не оказывает ли на вас чрезмерное влияние доктор Хорват? – вежливо осведомился Бери.
Адмирал нахмурился, и Гораций Бери улыбнулся. Хорват. Вот и ключ – игра Хорвата против адмирала.
А Энтони Хорват чувствовал себя довольным и счастливым, несмотря на ускорение в полтора
Кроме того, Хорват мог выпить кофе, синтетического, но неплохого на вкус. Вдобавок, когда он распахнул дверцы одного из шкафчиков, то увидел целый ряд бутылок с вином.
В общем, теперь Хорвату казалось, что «Ленин» вместе с Кутузовым отдалился на изрядное расстояние. На борту линкора царила тесноста: прямо как в грузовых трюмах торгового судна. Каюты были переполнены, и некоторые члены экипажа спали в коридорах, тогда как здесь Хорват мог с удовольствием развалиться в кресле или плюхнуться на кровать. Он переставил микрофон поближе, удовлетворенно вздохнул и начал говорить.
– Большинство конструкций у мошкитов – многофункциональны, – изрек он, посматривая на компьютер. – Полагаю, что корабль является неким тестом на сообразительность, и неважно, было у мошкитов такое намерение или нет. Они успели хорошо нас изучить. Мошкиты внимательно наблюдали за нами во время нашего визита на их планету. Теперь же нам надо разобраться в работе корабельного двигателя. Думаю, что для этого нам потребуется несколько дней… или больше?.. Здесь надо сделать краткое отступление. Коричневые, к примеру, посообразительнее, чем мы. Но – будем честны – Коричневым не нужно сутками пялиться в экраны и следить за индикаторами. А нам без этого пока не обойтись. Кстати, люди, технически образованные, находят подобное времяпрепровождение невыносимо скучным: они, конечно, предпочитают другие сложные задачи… А если говорить о социальной структуре на борту военного корабля… на вахте, к примеру, дежурят младшие члены экипажа, а офицеры являются к ним лишь по срочному вызову, чтобы справиться с возникшими проблемами. В общем, разница культур – налицо. Итак, мы реагируем медленнее, и нам требуется больше персонала для выполнения заданий, которые отдельный мошкит сочтет примитивными.
А мошкиты… они столько рассказали о себе! В данной связи я бы хотел вновь поговорить о различии между нами и мошкитами. У нас люди «дублируют» автоматические системы, хотя мы часто пренебрегаем автоматикой. Мы поступаем так, чтобы обеспечить постоянную занятость людей, к примеру, тех же спасателей. В остальное время – они оказываются не у дел. Но у мошкитов есть свои минусы. Они оказались не слишком сильны в компьютерах, и автоматика нередко ставила их в тупик. Вместо механизмов они используют один или более подвидов в качестве «биокомпьютеров» и, похоже, располагают достаточным количеством таких работников. Едва ли это оставляет низшему звену право выбора.
Хорват умолк и оглядел помещение.
– А теперь – о статуэтках. – Хорват поднял одну и улыбнулся. Он выстроил их на столе перед собой, как игрушечных солдатиков: дюжину статуэток мошкитов из прозрачного пластика. Внутренние органы были обозначены яркими красками во всех подробностях. Он еще раз довольно осмотрел их и чуть поморщился: статуэтки следовало отправить обратно на планету мошкитов.
