Вообще-то в этом не было особой необходимости. Пластик не представлял собой ничего особенного, а фигурки были изучены вдоль и поперек. Любой штамповочный автомат мог производить тысячи таких в час, вероятно, именно так их и изготовили мошкиты. Но они были
Большинство мошкитов Хорвату удалось опознать с первого взгляда: огромный Носильщик, сверхмускулистый Инженер, кто-то с широкими короткопалыми руками и большими плоскими ступнями – скорей всего, Фермер. Крошечный Часовщик (проклятые «домовые»! И дважды проклятый адмирал, не позволивший мошкитам помочь в их уничтожении). Был здесь и Доктор с мелкой головой и длиннющими пальцами, и веретенообразный Посыльный, состоявший, казалось, из одних ног… Хорват продолжил говорить.
– Голова Посыльного невелика, но имеет отчетливо выступающий лоб. По-моему, Посыльный не наделен разумом, но способен запоминать и передавать устные сообщения. Вероятно, он способен выполнять и простые инструкции. Думаю, Посыльных специально вывели как курьеров еще до того, как цивилизация обзавелась телефонной связью, и сейчас сохраняют скорее в силу традиции, чем по необходимости. Из структуры мозга совершенно ясно, что «домовые», или Часовщики, не способны запомнить или передать послание. Их теменные доли неразвиты.
– Статуэтки тщательно сделаны и разбираются, как головоломки. Можно рассмотреть все внутренние органы. Хотя нам пока не известно их назначение, я не сомневаюсь, что они существенно отличаются от анатомии людей. Вероятно, что многие культурные обычаи мошкитов напрямую или косвенно связаны с их анатомическим строением. Мы уже опознали сердце и легкие, состоящие из двух долей равной величины.
На пороге застыл отец Харди: ускорение корабля уменьшилось, а затем резко возросло. После того как инженеры выровняли его, Харди покачнулся, вошел в кают-компанию и уселся в кресло. Хорват махнул ему рукой.
– Единственное в статуэтках, что остается неясным, – это пресловутые половые органы. – Хорват улыбнулся и подмигнул священнику. Он действительно был доволен. – Мошкиты всегда сдержанны относительно секса. А статуэтки могут быть образовательными игрушками для детей и тогда, конечно, производятся большими партиями. Если так, то нужно спросить при случае мошкитов, значит, культура чужаков имеет некоторое сходство с человеческой.
Хорват нахмурился. Сексуальное воспитание молодежи являлось сложной задачей для разумного человечества. Иногда оно охватывало почти весь массив молодых людей, но порой находилось под строгим запретом. В цивилизованных районах Империи тему широко раскрыли в книгах, однако на недавно колонизированных планетах вопрос оставался табуированным для подростков.
– Это может быть связано и с некими рациональными соображениями, – продолжал вещать Хорват. – Демонстрация различий половых органов потребует втрое больше статуэток, чем я вижу сейчас: комплект для мужчин, для женщин и, собственно, для фазы воспроизводства. Кстати, я заметил, что развитые молочные железы имеются у всех изваяний. Что ж, вероятно, любой мошкит способен кормить грудью детеныша. – Хорват перевел дух и ткнул пальцем в компьютер. По экрану поползли слова. – Итак, «рабочий» сосок расположен всегда справа или, по крайней мере, на стороне, противоположной сильной руке мошкита. Думаю, детеныша держат как раз крепкой левой рукой, тогда как слабые правые верхние конечности ласкают его – что весьма логично, учитывая плотность нервных окончаний на правых руках мошкита.
Хорват прокашлялся и потянулся к бокалу с бренди, знаком приглашая Харди последовать его примеру.
– Поэтому сосок неопровержимо доказывает, что у высших каст мошкитов рождение нескольких детенышей одновременно – исключительная редкость. Но это явление должно быть обычным для Часовщиков. И несомненно, что неразвитые соски на правом боку малышей в один из периодов их развития превращаются в «рабочие», иначе невозможно объяснить столь резкое увеличение числа «домовых» на борту «Макартура». – Хорват посмотрел на Харди. – Как дела, Дэвид?
– Отлично. Статуэтки восхищают меня. Несомненно, это превосходная логическая игрушка! Один игрок, руководствуясь определенными правилами, просто сортирует статуэтки, исходя из неких категорий, а второй пытается обосновать его выбор. Очень любопытно.
– Мистер Бери захочет продавать их.
Харди пожал плечами.
– Церкви не мешало бы купить несколько штук для обучения богословов, которые будут контактировать с мошкитами. Правда, я сомневаюсь, что статуэтки вызовут всеобщий интерес. Слишком сложно, – Харди наморщил лоб. – Между прочим, среди них кого-то явно не хватает.
Хорват кивнул.
– Нет неразумного мошкита, которого мы видели в зоопарке. А пока мы гостили в Замке, мошкиты вообще не говорили о нем.
– Да и после тоже, – добавил Харди. – Я спрашивал свою финч’клик, но она словно воды в рот набрала.
