Ему вдруг так захотелось бросить все дела, забрать Никиту с работы и вернуться домой, к Сашке и целой своре собак, которых они забрали из приюта. Тихая Моника ждет его больше всех, и все знают, что именно она – его собака… Сегодня не так уж холодно, можно устроить обед в саду, чтобы хвостатые носились вокруг, создавая круговерть жизни, а Сашка будет играть в хозяйку дома, хотя на самом деле ее истинное призвание – проза, слава богу, Никита понимает это. Наверняка она и сейчас сидит с ноутбуком, забравшись с ногами на диван. На ней теплый спортивный костюм и забавные носки – ей нравится хоть в чем-то оставаться ребенком. Такое удовольствие сидеть в своей комнате в кресле с чашкой кофе и знать, что за стеной Сашка пишет новый рассказ!
Пришлось поддать газу, чтобы оставить это желание позади и как можно скорее добраться до дома Дининого отца. Логов и сам еще не понимал отчетливо, что надеется найти там и о чем расспросить, ведь старик в то время лежал в больнице и вряд ли что-то знает о визитах зятя с любовницами. Но вдруг ему попалась потом на глаза какая-то подсказка, которой Леонид Семенович (Артур заранее выяснил имя) не придал значения? Хотя как обычный человек может столько лет помнить то, что счел ерундой?
– Сколько лет вашему отцу?
Дина ответила сухо, видно, обиделась на его замечание о том, что она подслушивает:
– Пятьдесят восемь.
– О, – удивился Артур. – Я думал, ваш батюшка постарше.
– Я поздний ребенок, родители уже не надеялись…
– Но ведь пенсионер?
– Папа на пенсии по инвалидности, не по возрасту.
– Сейчас он живет совсем один?
– С кошкой.
Громко чавкнув яблоком, Надя выкрикнула с набитым ртом:
– С Мар-русей!
– Кошка – это хорошо, – одобрил Логов, хотя больше любил собак. Но хоть какое-то живое существо рядом – уже легче…
– Прожуй, а то подавишься, – велела Дина дочке.
Свернув с трассы за Балашихой в сторону Рыбхоза, где находилась дача Журавлевых, Артур с удовольствием проследил, как девочка запрыгала на сиденье, узнав знакомые места:
– Ой, тут мы мороженое ели! Мама, помнишь? Заправка! Хотите бензинчика?
– Надя, потише. Ты мешаешь Артуру Александровичу вести машину.
– Кто сказал? – возразил Логов. – Нисколько не мешает. Надя, а ты за грибами с дедушкой ходишь?
– Мы с мамой ходим, – объявила она. – У дедушки ножки нет. Он долго не может ходить.
– Ну да, конечно. Сейчас самое грибное время.
– Прошло уже, – поправила Дина. – В сентябре еще все собрали.
Артур сделал виноватую гримасу:
– Ничего-то я не знаю! Даром, что сам живу за городом.
– В каком месте?
– В Образцово. Есть такой чудесный поселок между Королёвом и Щёлково.
Дина, похоже, представила карту:
– Северо-восток?
Припомнив, как любит говорить об этом месте Сашка, он произнес нараспев:
– Там, где Уча сливается с Клязьмой…
– Вам нравится там. – Это не прозвучало вопросом. – А я думала, вы такой москвич-москвич. Без навигатора обходитесь.
– А вы наблюдательны… Я и есть москвич. И по рождению, и большая часть жизни прошла в столице. Мы только недавно за город перебрались.
На этот раз Дина отозвалась не сразу:
– У вас большая семья?
Он рассмеялся:
– У нас много собак! А людей всего трое: я и Сашка с мужем.
– У вас взрослая дочь?
– Почти дочь. Почти приемная. Это долгая история…
– Собачки? – выцепила Надя. – А с ними можно поиграть?
– Боюсь, они тебя залижут до обморока…
– Ой, они добрые, да?
– Не злые, это уж точно.
Девочка вздохнула, выставив руку с огрызком:
– А дедушкина кошка меня поцарапала. Видите?
– Почти приехали, – перебила ее Дина и забрала остаток яблока. – Здесь налево, и мы на месте.
Самостоятельно Ивашин проводил допрос не в первый раз, но до сих пор чувствовал себя неуверенно, если Логова не было рядом. Поэтому тайком отправлял шефу сообщения, чтобы тот издали руководил его действиями. Но, не замечая того, поступал так все реже, постепенно входя во вкус и без подсказок нащупывая путеводную нить.
Надеялся Никита справиться и на этот раз, тем более на задержании Камиллы Хенкиной его не было, и потому она восприняла молодого следователя с пушистой головой и детским овалом лица скорее как избавителя. Этот мальчик поможет ей выбраться из этого ужасного места…
Угадывая ее мысли, Ивашин не возражал против того, что его принимают за юного рыцаря, хотя на самом деле Камилла была ненамного старше его. Но пусть думает что хочет, лишь бы испытала доверие и открылась ему.
Слегка подражая Логову, Никита старался, чтобы в его голосе звучало искреннее любопытство:
– Вы использовали хлороформ, чтобы усыпить Екатерину Матросову. Где вы достали этот препарат?
– Моя мама находится в хосписе. К сожалению, уже не первый год. Я там давно как своя… Вот мне и удалось проникнуть в их тайник.
– А, вот как! – Ивашин изобразил восхищение ее ловкостью, как сделал бы Артур. – Но зачем вам понадобилась Матросова?
Камилла пожала плечами:
– Не знала ни фамилии ее, ни имени. Она просто стала… Ну, как бы способом надавить на этого парнишку, который начал совать свой нос куда не стоило. На Илью Старикова.
– И куда же он совал свой нос?
