– Надеюсь, нет. Вы просто ошиблись.
Журавлев упрямо повторил:
– Я закопал его под осиной. Никакой ошибки.
Мысли Логова закрутились со скоростью смерча: «Кто-то знал или видел, как он зарыл тело? И потом перепрятал его? Кто мог попытаться спасти его? Только Дина… Хватило бы у нее сил? Женщины умеют удивлять… Но как она провернула это, чтобы отец не знал?»
– Вы куда-нибудь уезжали за последние четыре года?
Растерянно заморгав, Журавлев попытался припомнить:
– Да вроде… Куда мне? Никуда я не уезжал. Сижу тут безвылазно.
– Артур Александрович, – окликнул Ивашин. – Там вас спрашивают. Это срочно.
Логов обернулся:
– Кто?
– Женщина. Она в доме с полицейским. У нее есть какие-то сведения, – Никита покрутил рукой, – обо всем этом.
Указав пальцем на Журавлева, Артур бросил Овчинникову:
– Глаз с него не спускать. Я сейчас.
Стараясь не встречаться ни с кем взглядом, он быстро прошел мимо недовольного Стефановича, шептавшихся о чем-то Ильи с Катей, Русакова, взволнованно расхаживающего в отдалении ото всех, и взбежал на крыльцо. Логов не сомневался, что явилась какая-нибудь соседка – любительница подглядывать через забор, и замер от неожиданности, увидев Дину. Она сидела у стола, сложив руки на коленях, как чужая этому дому.
– Я оставила Надю в машине, с ней ваша Саша, мы познакомились, – произнесла она скороговоркой.
– Зачем вы вернулись?
Садиться он не стал, привалился плечом к высокому старому буфету, вязаная салфетка на котором показалась серой от пыли. Дина устремила на него пытливый взгляд:
– Вы нашли… что-нибудь?
– Почему вы спрашиваете?
– Потому что… Я сомневаюсь, что папа действительно сделал это.
– В каком смысле?
– Не убивал он Родиона.
– Хотите сказать, что Леонид Семенович оклеветал себя?
Она уклончиво качнула головой:
– Неосознанно. В той аварии у папы не только нога пострадала… С головой тоже не все в порядке. Иногда ему мерещатся всякие вещи.
– Какие, например? – насторожился Артур.
– Тень мамы. Ее голос. Мой детский смех. Наверное, я еще не все знаю… Может, ему привиделось и то, что он убил моего мужа.
– Почему же вы не лечите его?
– Лечу. Папа лежал в психиатрии. В «легком» отделении. И с тех пор принимает таблетки, если чувствует ухудшение.
Логов быстро уточнил:
– Когда это было?
– В смысле когда он лежал в больнице? – Дина пожала плечами. – Не скажу точно. Где-то через месяц после того, как выписался из хирургии.
«Спустя месяц после убийства Трусова. Отца не было в доме, и у Дины появилась возможность перепрятать труп. Конец октября, почва еще не промерзла… Она все учла. Наверняка спровоцировала глюки, чтобы его же спасти… Хорошая дочь. Только от нее я черта с два чего-нибудь добьюсь! Она не расколется. Придется надавить на Камиллу Хенкину… Никите не удалось ее разговорить, но я-то смогу!»
– Где его таблетки? – Артур все еще надеялся, что на чем-то она попадется.
Дина указала на буфет:
– Рядом с вами. Верхний ящик справа.
Вытащив упаковки, Логов сложил их в пакет, чтобы проверить в лаборатории – не плацебо ли? Дина наблюдала за ним так спокойно, точно каждое ее слово было правдой. «А вдруг?» – Артур быстро посмотрел на нее и встретил все тот же глубокий космический взгляд. И в который раз подумал, что этот ублюдок Трусов не стоил того, чтобы ради него доламывать и без того изувеченные судьбы хороших людей.
Но знал Логов и другое: один раз допустишь халатность, и это может войти в привычку. Из-за того, что кто-то не довел свое дело до конца, горят торговые центры, как в том же Кемерове, откуда приехал Илья Стариков, в огне гибнут дети, рушатся небрежно построенные дома, взрываются баллоны с газом… Никто не рождается с желанием стать убийцей, просто некоторым собственная безответственность кажется ерундовой, а именно она часто и приводит к трагедии.
Поэтому Артур держал за правило выполнять свой долг честно, даже если ему не жаль было жертву преступления. Но задачей следователя было раскрыть преступление и вывести убийцу на чистую воду. Этим он и занимался…
Запаковав пакет с лекарствами, Логов наклонился к Дине:
– Вы же понимаете, что я все равно найду труп вашего мужа? Может, не будем усложнять мне задачу?
– Я чем-то могу вам помочь?
Ее недоумение выглядело так искренне, что Артур не выдержал:
– Вам бы в кино сниматься, а не на рояле играть!
Нежные губы ее только слегка дрогнули.
– Это комплимент?
– В том смысле, что вы – прирожденная актриса!
– У меня такое ощущение, Артур Александрович, что вы меня в чем-то подозреваете… Я только пытаюсь объяснить вам истинное положение вещей. Мой папа болен. Вы готовы бросить за решетку больного человека, лишь бы снова закрыть дело?
Логов выпрямился.
– Никто никого не собирается бросать за решетку. Условное…
– Это вы так думаете, – перебила Дина. – Но вы не знаете его родителей! Если папа попадет под суд, Трусов добьется, чтобы ему дали по максимуму. Вы в курсе, что он – влиятельный человек?
– Это не имеет значения.
– Может, для вас… Но не все же такие честные! Отец не позволил Родиону даже жениться на мне. Искал лучшую партию для своего-то любимого сыночка…
