— Мне безумно нравится твоя щетина. Она такая мягкая и светлая… м-м-м…
Я поднялась на цыпочки и потёрлась о колючую мужскую скулу.
— Селеста, отдай пену. — Крупные ладони сомкнулись на моей талии. В ду́ше было тесно, но я изловчилась и подкинула баллончик так, чтобы Льерт не достал.
— Мне кажется, она смотрится очень брутально. У цваргов обычно не растёт щетина, поэтому, считай, мне это в новинку.
— Вообще-то у меня она раньше тоже не росла, — произнёс Льерт неожиданно серьёзно. Наши обнажённые тела практически соприкасались, но мужчина смотрел исключительно мне в глаза. — Селеста, я никогда тебе этого не говорил, но из-за того, что я долгое время был заключён на радиоактивном астероиде, внешность изменилась…
Трель входной калитки прервала Льерта. Мы оба замерли.
— Ты ждёшь кого-то? — уточнил мужчина, нахмурившись. — Доставку с фермы на дом заказывала?
Я отрицательно покачала головой.
— Нет, у нас всё есть… Может, снова Гутрун со своими сыновьями? У них вечно то забор упадёт, то фундамент размоет, то крыша протечёт. Может, ночная гроза в электропроводку ударила?
— Ладно, домывайся, а я пойду открою.
Льерт выключил воду, вышел из кабины и ловко надел спортивные штаны прямо на влажное тело. Я поймала себя на том, что не могу оторвать взгляда от мужской спины. Опомнилась и бросила вдогонку:
— Зонт-сферу не забудь, там же наверняка кислотник льёт как из ведра.
— Да, мой ангел-хранитель. — Смех догнал меня уже из-за двери.
Я фыркнула и продолжила мыться. Тщательно намылила волосы шампунем, затем кондиционером… Почему-то мне казалось, что Льерт вот-вот вернётся и мы сможем продолжить то, что начали, но его всё не было и не было. Я тщательно сполоснулась и выключила воду, взяла полотенце и расчёску. Как только шум воды стих, слух уловил мужские голоса, какие-то крики, грохот мебели…
— Что там происходит? Неужели Оден вновь решил, что у нас открытая калитка? — пробормотала я, пытаясь задавить из ниоткуда взявшийся страх.
Я быстро натянула точно такие же спортивные штаны и футболку любимого мужчины, открыла дверь и…
— Вы не имеете права врываться! Это частная собственность…
— …которая принадлежит гражданке Цварга!
— Тем более! Отойдите с дороги и скажите «спасибо», что вам не вменяют похищение и удержание чистокровной цваргини!
Семеро высоченных мужчин в чёрных мундирах с горизонтальными застёжками благородного платинового оттенка, высоких сапогах, плащах из специализированной облегченной мембранной ткани возвышались в нашей гостиной. Двое из них перегораживали путь Льерту. Внушительные блестящие рога, насыщенный фиолетовый цвет кожи и мощные хвосты со смертоносными наконечниками — всё буквально кричало, что это цварги. Расчёска выпала из моих ослабевших пальцев на паркет.
— Селеста, скройся обратно! — крикнул Льерт и сделал ко мне порывистый шаг, но его жёстко перехватили за предплечья.
Все мужчины синхронно обернулись ко мне и рентген-зрением прошлись от босых стоп по растянутым штанам, мятой мужской однотонной футболке и закончили на светлых волосах и чёлке, с которых вода стекала на одежду и слегка капала на пол.
— Селеста Гю-Эль? Вдова Мартина Гю-Эля? — с сомнением спросил, видимо, старший из эмиссаров.
Я перевела растерянный взгляд на Льерта, которого сдерживали двое цваргов. Он не лез в драку, но было понятно, что ещё чуть-чуть — и она начнётся. Желваки ходили на скулах любимого мужчины, мышцы рук вздулись под кожей, а кулаки крепко сжались. Я прекрасно знала, что это признак того, что Льерт в бешенстве.
— Да-да, это она! — воскликнул наиболее тоненький и молодой цварг из всей семёрки и поспешно засуетился, доставая планшет из-за пазухи. — У меня есть портрет со светлой кожей и короткими волосами у лица… сейчас… минуту… это точно она…
Он сунул планшет под нос старшему эмиссару, тот бросил лишь мимолётный косой взгляд, хмыкнул, шагнул ко мне и внезапно протянул руку в типично цваргском жесте для поцелуя:
— Рад видеть вас, госпожа Гю-Эль, в здравии. Эмиссар высшего звена Фабрис Робер, Служба Безопасности Цварга. Мы прилетели за вами.
Я испуганно дёрнулась и инстинктивно спрятала обе руки за спину. Видимо, моё движение было слишком резким, потому что Льерт зарычал:
— Не смейте её трогать!
— Держите его, — мгновенно среагировал Фабрис, не оборачиваясь, и вновь сухо сказал уже мне: — Госпожа Гю-Эль, пройдёмте в комнату. До Цварга две недели полёта. Сомневаюсь, что всё это время вы хотите быть… в
— Я не хочу никуда лететь… — пробормотала, всё ещё не в силах поверить, что у них откуда-то есть мой
