Отжимания и приседания — это, конечно, хорошо, но от сотни-другой повторений мышечная масса не увеличится. После военной подготовки и разведывательных операций на отдалённых небесных телах такие упражнения могут помочь поддержать форму, но никак не эффективно нарастить новые мышечные волокна, уплотнить миофасции и соединительную ткань. Организм привык к существенно более интенсивным нагрузкам.
Тренировки в условиях повышенной гравитации отпадают. Это на «Сверхновой» можно было в лёгкую выкрутить настройки гравитона на максимум, а на всём Оентале я вряд ли даже хорошую кофемашину смогу найти, не то что специализированный узконаправленный спортивный инвентарь.
«Что ж, Льерт, придётся пораскинуть мозгами, как вернуть себе былую форму на этой отсталой планетке…»
Без зазрения совести я вышел во двор и набрал в пару железных ведер камней поувесистее. Да, Леста переживала, что мне вновь может стать плохо, и требовала не покидать дом, но спорить, что я уже полностью регенерировал, было бы слишком долго. Жизненный опыт подсказывал, что с женщинами в принципе лучше никогда не спорить — всегда останешься виноватым.
Нашёл в подвале запасной черенок от лопаты, выскоблил ножом два симметричных S-образных углубления на расстоянии ладони от каждого края черенка. Отлично, гриф для штанги у меня теперь есть. Не идеальные закрепления для массы, конечно, но пока сойдёт. Повесил вёдра в качестве блинов на черенок. Подобрать вес камней так, чтобы вёдра сохраняли баланс грифа, заняло ещё какое-то время, зато у меня получилась простенькая импровизированная штанга с возможностью быстро добавлять и убирать утяжелители.
В качестве атлетической скамьи приспособил полуразвалившуюся кушетку, которая нашлась тут же. У меня сложилось впечатление, что Леста многое бы хотела выкинуть, но так как не осилила самостоятельно перетаскать всё на городскую свалку, просто спихнула самые крупногабаритные предметы в подвал. Кушетка разительно отличалась от свежей и лаконичной меблировки дома и непонятной дешёвой смесью синтетических материалов, и яркой расцветкой. Отломать подлокотники и сделать скамью заняло от силы четверть часа. Пока перерывал мусор, нашёл вполне приличную деревянную паллету. Прикинул, что, когда будет время, можно будет отобрать доски и смастерить атлетическую стойку для штанги.
С неожиданным удовольствием я потренировался до тянущей ломоты в мышцах, а затем, убедившись, что Леста всё ещё не вернулась, поужинал. Затем вновь спустился в подвал, откопал парочку обрезков металлических труб, вогнал в них саморезы, нашёл мешок с остатками цемента. Раствор бетона развёл в пластиковом ведёрке и по центру вставил трубу, тоже заполненную цементом. Через пару дней бетон схватится, и можно будет повторить всё то же самое для другой стороны труб, и будут у меня отличные гантели.
К строительным материалам в подвале отнёсся философски. Сейчас я бы уже не удивился даже тому, что предприимчивая захухря в какой-то момент лично решила залатать швы в каменном подвале.
На небосклоне появились первые звёзды, когда я уже по-настоящему начал тревожиться за Лесту. Слух и рога уловили её приближение раньше, чем она появилась на участке. Бесконечно уставшая, она выставила ладонь вперёд, прежде чем я успел поздороваться:
— Льерт, что бы ты ни хотел мне сообщить, давай завтра, а? Я сейчас в душ и спать. Такой зной днём был, силы закончились.
Селеста Гю-Эль
Совесть мучила, но не долго — спать хотелось сильнее. Всё-таки нехорошо было оставлять Льерта так долго одного дома и запрещать ему куда-либо выходить… Да и поговорить надо будет с ним всё же нормально. Объяснить и про ситуацию с Гутрун, и про то, что через две-три недели я впишу в контракт его же имя и он станет принадлежать самому себе. Почему не сразу? Потому что всё ещё переживаю насчёт тех слов, которые говорил про него первый маэстро. Гуманоиды так легко не расстаются с желанием умереть. Если оно действительно имело место, то необходимо выяснить причины… Может быть, я чем-то смогу помочь?
Ноги ужасно болели, на пятках образовались водяные мозоли, но я плюнула на это неудобство. Чтобы использовать заживляющий препарат, которым я намазывала язвы на теле Льерта, надо снова надевать халат и идти в гостиную… Мозоли так и так за ночь, скорее всего, заживут. Для чистокровной цваргини это сущая ерунда. А вот крем-пастой для поддержания бежевого цвета кожи надо пройтись основательно и по всему телу. Завтра, всё завтра…
Я легла на подушку и уснула, отключившись раньше, чем успела натянуть на себя одеяло.
— Леста… Леста…
Сознание качало на волнах сладкой неги. Тихий басовитый голос звал меня по имени и дышал возбуждённо, часто и шумно. Хм-м-м… интересные у меня сны про мужчин, раньше только кошмары о Юдесе снились.
— Ты такая красивая малышка, так восхитительно пахнешь, у тебя такие мягкие золотые волосы…
Прикосновение чьих-то пальцев около ушной раковины заставило резко взбодриться: это не сон! Холодок неприятного страха змеёй скользнул вдоль позвоночника.
