Муассанитовая вдова полностью

— Если ты злишься из-за «ночного мотылька», то не бери на свой счёт. Понимаю, я должна была предупредить тебя… Просто соседка очень навязчивая, расспрашивала меня, ну я и ляпнула, что приобрела контрактника, просто мне тогда…

— Ты понимаешь, что было бы, если меня бы здесь не было?! — вдруг резко остановившись и перебивая, зарычал Льерт.

Я удивлённо замолчала. Так он злится не из-за статуса «ночного мотылька»?

— Всё было бы нормально, Оден — сын соседки…

— Да ничего не было бы нормально! — практически заорал Льерт, а я от потрясения осела на ближайшее кресло. — Да если бы меня не было в доме… то… то…

Он набрал полную грудную клетку воздуха и резко выдохнул через нос.

— Ещё скажи, что завтра не пойдёшь в местные органы власти и не напишешь заявление на этого подонка!

— Не напишу…

— Что?! Почему?!

Вселенная! Как ему объяснить, что лично для меня это небольшое недоразумение? Ну да, неприятное, но не катастрофа же! В конце концов, определённая доля вины в этой ситуации есть и моя, орши — это всего лишь орши. Прямолинейные и простоватые в своих манерах настолько, что по нормам Цварга будут считаться невоспитанными хамами. Глуповатые, медлительные, но совершенно точно не злые. Обошлось — и ладно. Не было бы Льерта, я бы пнула Одена и физически донесла, что не хочу с ним интима. Насиловать-то он меня точно не собирался. А вот любое пристальное внимание оентальских следователей может обернуться для меня настоящей трагедией.

— Леста, какого шварха ты не хочешь сделать элементарных вещей?! В моём родном Мире за такое пожизненное наказание… — распалялся мужчина всё сильнее.

— Мы на Оентале, а не на твоей родине. С учётом нерабочего замка на калитке, повторюсь, моё заявление даже всерьёз никто не воспримет, да и ссоры с соседями мне не нужны. Ты и так сломал нос Одену. Я думаю, он прекрасно понял, что поступил неправильно. Льерт, успокойся, пожалуйста!

Секунду-другую шатен буравил меня полным негодования взглядом. Ноздри мужчины широко раздувались, на жилистых руках и крепкой шее чётко проступили вены от того, как неосознанно сильно он напряг все мышцы тела. Никогда в жизни я не видела, чтобы кто-то настолько неистово желал отмщения моему обидчику.

— «Успокойся»?! Ты вообще понимаешь, как я за тебя испугался?! И если ты не собираешься дальше ничего делать с этой ситуацией и считаешь, что «всё нормально», не смей мне больше говорить, что прекрасно живёшь на этой планете без защитника! Поняла?!

Потрясённо моргнула. Вообще-то я должна была испугаться сильнее, но выходил из себя почему-то мой полуконтрактник, который знал меня без году неделю.

— Поняла.

— И если уходишь одна, то отныне домой возвращаешься до наступления сумерек! А если ты не хочешь видеть меня рядом с собой, то как минимум будешь брать электрошокер. Поняла?!

Ещё более ошеломлённо кивнула. В голове мелькнула совершенно идиотская мысль, что стоит пересмотреть документы и определиться, кто чей контракт купил. Такое ощущение, что это я его полуконтрактница, а не наоборот. Что с ним происходит-то?

Моё молчаливое согласие неожиданно успокоило Льерта. Он шумно выдохнул, закрыл ладонями лицо и силой потёр его.

— Прости, Леста! Просто этот случай… — Он остановился так, чтобы стоять ко мне боком, и смотрел почему-то не на меня, а на голую стену перед собой. — … Напомнил мне о невесте.

— У тебя есть невеста? — поражённо переспросила.

Не то чтобы я считала Льерта каким-то уродом, у которого не может быть девушки, совсем наоборот, при всей внешней сухощавости в нём чувствовались сила, стать и огромная чисто мужская энергия. Просто до сих пор он даже не упоминал, что у него кто-то есть…

— Была, — коротко бросил собеседник, прерывая мои внутренние мыслительные метания. — Она умерла. По моей вине.

На какую-то позорную долю секунды подумалось, что Льерт мог поступить со своей невестой так же, как Мартин со мной. Неужели он вмешивался в её сознание и ментально день за днём корректировал, заставляя поступать так, как хотелось ему? Но почти сразу же я отбросила эту мысль в сторону. Нет, Льерт не цварг, да и рога у него выглядят совсем по-другому… он физически не смог бы так поступить!

Я смотрела на сгорбившегося мужчину, который опустился на сиденье напротив меня, и с кристальной ясностью понимала, что вот она, причина, по которой он хотел умереть, как сказал маэстро. Просьба вырвалась сама собой:

— Расскажи мне.

Льерт перевёл на меня задумчивый и абсолютно пустой взгляд серых глаз. Неполную минуту он молчал, а затем неожиданно пожал плечами.

— Рассказать? Почему бы и нет. Меня и так презирают сородичи. Гуманоидом больше… гуманоидом меньше… Её звали Фьённа. Она была прекрасна, всегда задорно смеялась, а её смех напоминал перезвон весенних колокольчиков у нас в предгорье. Мы были обручены с детства и всегда знали, что поженимся.

— Вы так сильно любили друг друга? — непроизвольно переспросила.

Меня всегда восхищали подобного рода пары на Цварге… это какая же должна быть искренняя и сильная любовь, чтобы с годами становилась лишь сильнее! Льерт кивнул.