— После того инцидента я чувствовал себя абсолютно опустошённым. Умирая, монстр словно забрал с собой какую-то важную мою часть. Мой мучитель умер, а ощущение беды никак не отступало. Как будто свинцовая туча нарастала над моей головой, пока не превратилась в сущий, звенящий, бесконечный кошмар. Понимая, что сплю, я попытался, как в детстве, придать сну осознанность. И очутился в Зоне, рядом с этой землянкой, ощущая на коже тёплый ветерок майской ночи. Дверь в помещение была открыта, ибо духота стояла, как летом. Ребята, одетые в цвета «Свободы», резались в карты, не замечая моего присутствия. Вдруг рядом со мной материализовалась фигура в капюшоне. Скинув его, существо посмотрело на меня крупными, раскосыми, орехового цвета глазами и заговорчески улыбнулось. Вслед за тем меня парализовало. Внешне существо не было ни мутантом, ни монстром. Скорее обыкновенным, чуть бледным парнем, лет двадцати пяти. Непослушные вихры, странная, слегка задумчивая, неподобающая ситуации улыбка. Я просто стоял, как вкопанный, пока парень, не теряя лишних минут, вошёл в землянку. «Свободовцы» не заметили его, и продолжали карточный бой, весело переговариваясь в ночной тишине. Меня же ломало — неведомые тиски крепко прижали руки к телу. Я не мог извлечь ни звука. Дыхание перехватило. Подсознательно я ощутил опасность, идущую от парня в плаще. Какую-то странную, скрытую, тёмную силу. Словно ты стоишь у бушующего моря в самый шторм. Оно не хочет тебе навредить, но снесёт к чертям собачьим, если сунешься слишком близко. Такой волне невозможно преградить дорогу. Есть ощущение стихийности, жуткой природной силы, сметающей все преграды на своём пути… Те «фримэны» были в опасности, но я не мог их предупредить. Из горла выходили лишь хрипы и тишина… Он опасен. Я просто знал это. Мысли неведомого парня в капюшоне крутились у меня в голове. Он хотел мстить, разрывать, карать, но не мог разгуляться «в этом мире». У него есть убежище… Схватив двух рослых, тяжёлых сталкеров за грудки, он поднял их, как пёрышко, сделал шаг вперёд и исчез. Тиски мгновенно рассыпались, и я снова получил возможность двигаться.
— Это точно был Димка, — вздохнул я. — Ореховый — очень редкий оттенок радужки… Тут уж без вариантов. Думаю, он обвёл Дока вокруг пальца…
— Ну, Доктор тоже не лыком шит, — заверил Карась. — Думаю, надо рассматривать историю глубже. Просто исходной информации, увы, пока недостаточно.
— Что было дальше? — Спросил у Мута полковник.
— А дальше я резко проснулся и побежал искать тот самый «блок-пост», который увидел во сне. Звучит странно, но в тот момент я не думал о своей безопасности. Все мои мысли занимало спасение ребят из «секрета». Я был уверен, что видел будущее. Так как во сне потихоньку светало. А проснулся я почти в кромешной темноте. Натянул наскоро берцы и подрапал на КПП. Дежурные спали, и я незамеченным выскользнул с Базы. К моему приходу землянка уже опустела. К сожалению, не успел… Обезумев от ярости и бессилия, я пометался по «секрету» в поисках хоть каких-то зацепок, но тщетно. Выбрался наружу и обошёл окрестности. Никаких намёков на то, куда мутант умыкнул «фримэнов». Думаю, теперь они точно погибли.
— Ладно, не вешай нос, боец, — подмигнул Муту полковник. Пойдём, наведём для начала справки у Дока. Конечно, сгинуть в Зоне — легче-лёгкого. Но думаю, кровожадного монстра он бы ни с кем не спутал. И уж точно не отпустил. У Дока тоже чуйка — «ого-го».
— Хотелось бы верить, — ответили мы с Мутом, почти в один голос.
***
Добравшись без приключений до Деревни кровососов, мы моментально разыскали там Дока. Он, как ни в чём не бывало, пытался выудить из грязевой канавы свою «Эйфорию». Сидя на корточках, врач погрузил в болотную жижу какой-то прибор и ритмично водил им по кругу, будто размешивая гадкое варево.
Увидев группу, он поздоровался и продолжил свои нехитрые упражнения. Нахмурившись, Петренко приблизился к Доку:
— Не лень Вам? Это бросовый артефакт. Зайдите на «Росток», там таких бирюлек — вагон и маленькая тележка.
— О, не скажите, — улыбнулся Доктор и запустил руку в резиновой перчатке поглубже в канаву. — Это крайне ценный образец. Таких мощных «Эйфорий» я в Зоне пока не встречал.
— А что это за прибор? — Присоединился к беседе Бочка.
