— Эта чёрная, как нефть, блестящая лужа обладает воистину гипнотическими свойствами. — Подал вдруг голос Бочка. — Однажды, я был в Копачах в самый Выброс. «Пси-Кердец» нагрянул нежданно, без предупреждений в сети, затяжного дождя и прочих предваряющих признаков. Я бежал мимо озера в ближайший сливной коллектор и заметил паренька, как-то странно идущего вдоль озера. Сначала думал, зомбак. Но окликнул его, и он обернулся. «Хочу, — говорит, — с мамой увидеться. Она умерла в 2000-м году». Я подумал, что его кроет «штормом». Схватил парня за грудки, встряхнул, от чего взгляд его стал более или менее осмысленным. Сказал, что сейчас не время, и мама его ждёт завтра, а сейчас в озере все спят. В общем, понёс какой-то лютый бред, лишь бы прокатило… И под шумок увёл мальца — грустного, дезориентированного — подальше от озера. Отсиделись мы в схроне. Выброс прошёл. И парня неожиданно отпустило. Самое интересное, что он всё помнил. Но не мог разумно объяснить, что его на эту «прогулку» сподвигло. Мы с ним познакомились, обменялись контактами. Звали его Гринно, как сейчас помню. А через месяц, в следующий Выброс, увидел я сообщение в сетке, что он гробанулся именно там, в Копачах, на том самом озере. В общем, так себе, местечко.
Бочка вздохнул как-то особенно тоскливо. И долгое время просто безмолвно шагал, вглядываясь в тенистые кроны деревьев, теребя то и дело цевьё ружья:
— Парню тому лет двадцать было. Хороший, весёлый. Но озеро круто ему мозги скрутило. Если пёс показал тебе это чёртово место, значит, в нём есть какой-то смысл… Жаль, Док не хочет нам помочь разгадать шарады Бима.
— Я бы и рад, — развёл руками Доктор. — Но Бим показывает то, что можете знать только вы. Он пси-пёс, а не оракул… И чаще всего лишь вытаскивает образы из вашего подсознания, общаясь с их помощью. Так что, насчёт Копачей надо спрашивать у самого Грача. Возможно, озеро являлось ему во снах или ещё как, просто он не помнит…
Я удивлённо остановился. Отчего идущий позади меня Бочка, наткнулся на нас с Мутом и коротко выругался.
— А вот это уже мысль… — Прошептал заинтригованный Мут… — Возможно, твой Повелитель Кошмаров водил тебя в Копачи?.. Потому что в моих детских снах было это чёрное озеро… Я аж обалдел, когда впервые увидал его наяву. И, очевидно, оно важно…
Полковник вдруг тоже остановился, проявив явный интерес к беседе:
— Всем известно озеро в Копачах?
Группа утвердительно загудела.
— Кому ещё оно снилось? — Почти что весело спросил полковник, похоже, заранее зная ответ. — Уточню: до того, как вы увидели его вживую. Поднимите-ка верхние конечности, у кого они не заняты.
Удивлённые сталкеры, переглядываясь, подняли руки вверх. Все, кроме меня… Я этого озера в упор не помнил. Казалось, что впервые его продемонстрировал мне Бим… И это было уже интересно. Какие ещё подавленные воспоминания пёс сумеет вытащить наружу?
***
Первым молчание нарушил Доктор.
— Впервые я увидел это озеро лет в пять. Схватил солнечный удар в поле, в разгар страды. Август в тот год выдался нечеловечески знойным… Взрослые трудились в поте лица. А дети бегали подле них, как могли развлекались, попутно помогая, а чаще — мешая родителям…
Буквально несколько секунд назад я видел румяное, улыбающееся лицо своего старшего брата, изнывая от жары… А теперь стою у прохладного водоёма, заглядывая в чёрное, абсолютно гладкое зеркало, без ряби и озёрной растительности. Неживое и холодное, как полированный самоцвет.
Бабушка перепугалась и быстро привела меня в чувства. На долю секунды я успел прикоснуться к манящей и пугающей меня глади пальцем. И ощутил упоение, граничащее с ликованием. Такое странное для ребёнка чувство, будто свершилось то, к чему я давно стремился…
Сейчас я понимаю, что Зона отметила меня. Уже тогда. Как и многих из нас. Это была инициация. Она обратила на меня свой взор, чтобы призвать, когда наступит время… А самое пугающее в этой истории, что случилось это задолго до Первой катастрофы. Зоны отчуждения тогда официально не существовало в природе. — Док обвёл взглядом присутствующих и продолжил. — Ко мне ни разу не являлся Васильев, запугивая меня, как, например, Мута или Грача. Я не чувствовал его присутствия, как полковник. Мне чудилось только озеро. И каждый раз, касаясь его, я просыпался. Несомненно, Васильев и озеро тесно связаны. Скорее всего, бывалые правы, думая, что на дне его таится портал.
