…Студия «Беларусьфильм». Ютится она в закутках. Нет просторных павильонов, больших съемочных площадок, негде строить внушительных декораций. В проекте — полная реорганизация студии, но пока приходится мириться с тем, что есть. Надо отдать должное коллективу студии: на малой территории он ухитряется делать значительные фильмы. Таким обещал быть «Константин Заслонов».
— Материал добротный, — сказал я Корш-Саблину после просмотра.
— Только потому и добротный, что мы осмелились не принять поправок Блеймана.
— Почему?.. Блейман — наторелый кинодраматург, мы его послали к вам, чтобы он помог усовершенствовать сценарий молодого автора Мовзона.
— Все это так… Но Блейман не помог, а напортил! — вдруг вспылил Владимир Владимирович. — Он за пять дней перестучал на машинке весь текст! Придал картине «голливудский» характер! Согласись мы, получился бы изощренный детектив вместо реалистического фильма!
Он показал «правку» нашего доверенного лица.
— Да-а… Нагородил Михаил Юрьевич кучу страхов.
— Мы решительно отменили подобную редактуру. Прошу вас и об этом доложить министру.
Партия, верная ленинским принципам, по-прежнему уделяла самое пристальное внимание высокой идейности, правдивости, художественности произведений искусства, в которых интенсивный духовный рост советского человека занимал бы первостепенное место, отмечал бы нравственному кодексу нашего современника, и образ героя, как исторического, так и теперешнего, не рисовался бы однолинейным, примитивным. Это касалось, естественно, всех жанров художественного творчества, в том числе музыкальной драматургии.
В феврале 1948 года ЦК ВКП(б) вынес постановление об опере композитора Вано Мурадели «Великая дружба» (либретто Георгия Мдивани). Фабула оперы признавалась надуманной, исторически фальшивой (действительно, образы Орджоникидзе, Дзержинского и других персонажей выглядели ходульными, как бы скроенными из застрявшего в зубах трафарета), а музыка — формалистической, лишенной запоминающихся мелодий и арий.
— Есть, конечно, и в либретто, и в музыке недостатки, — признавался в доверительной беседе Мдивани. — Но они никак не могут порочить наше стремление создать советскую оперу!
— Понятно! Да об этом и речи нет! Скажи, как реагирует Вано Ильич на свою неудачу?
— Ну как? Наивный вопрос! Как бы ты реагировал?.. Переживает. Однако трудится, пишет «Гимн Международного союза студентов».
— Это по-настоящему партийное отношение к критике!.. А ты?
Мдивани отрывисто бросил:
— С передней линии драматургии не отступлю!
Здесь, читатель, последуй за мной на десятилетие вперед.
