В те дни много говорилось о постановлении ЦК КПСС, принятом в конце мая 1958 года о допущенных десять лет тому назад некоторых несправедливых и неоправданно резких оценках творчества ряда талантливых композиторов и прежде всего автора оперы «Великая дружба» Вано Мурадели. ЦК отмечал, что это произошло в результате проявления отрицательных черт, характерных для тех лет.
— И все же будем откровенны: постановление сорок восьмого года направляло развитие нашего искусства на путь народности, реализма. Вы же помните, Ефим Семенович, нарождавшиеся в ту пору формалистические тенденции в литературе, в музыке? Время — волшебник жизни, умеющий в конечном счете все расставлять по своим местам!
— Вполне согласен. А вы согласны со мной, что в оценке творчества Ахматовой и Зощенко также был допущен известный перехлест, свойственный тогдашнему периоду?
— Я всегда верил и верю партии: она не ошибается, ошибаются отдельные ее деятели, и партия их поправляет. Наглядный пример — нынешнее постановление ЦК! Вы должны понимать, что оно призывает объективно, серьезно, вдумчиво критиковать произведения искусства, противостоять конъюнктурной, бездоказательной оценке писательского творчества.
— Да! — Добин утвердительно качает головой. — По-моему, это в какой-то мере касается Ахматовой и Зощенко.
— Кстати, они полностью вошли в строй?
— Я сейчас был на даче у Ахматовой, здесь, в Комарове. Небольшой домик (она смешливо-ласково называет его «будкой») предоставлен ей Литфондом. Ну что вам сказать? Анна Андреевна позавчера приехала из Москвы, куда часто теперь наведывается к своим друзьям — писателям Виктору Ардову и Наталье Ильиной. У них она встречает искреннее и простое обхождение. Держится уверенно, с какой-то, если так можно сказать, величавой простотой. Вот одышка появилась, это плохо!.. Но серо-зеленые глаза Анны Андреевны озарены ее вторым творческим рождением. Все написанное в молодости, в плену акмеистической школы, она отвергает. Да, да, отвергает!.. Исповедальными звучат ее строки: «Одни глядятся в ласковые взоры, другие пьют до солнечных лучей, а я всю ночь веду переговоры с неукротимой совестью своей».
Добин подробно рассказывает о дальнейшем, после 1946 года, творчестве Ахматовой.
