– Адлат, ты постоянно думаешь о том, что я киборг, но ты им никогда не будешь. Вот это и притягивает Ареста ко мне, при этом он не отрывается от тебя. Как бы странно ни звучал такой каламбур, но все так и есть, возможно, с небольшими вариациями.
– Хорошо, поговорили. Ладно, оставим наши отношения на потом и займемся делами, их у нас с тобой немало.
– Как скажешь, Адлат, – ответила Амазонка, возвращаясь к текущей ситуации. – Сканеры показывают, что скоро флот Чкинов столкнется с нами в первом бою. С вероятностью восемьдесят процентов Чкины пойдут дальше, и бой состоится уже с флотами Виноградова, Святодуха и Сочина.
Адлат внимательно изучала голографическую карту, на которой отображались траектории движения флотов. Она осмысливала поступившие данные.
– Согласна, – ответила она, не отрывая взгляда от дисплея. – Скорее всего, наши флоты они тоже пройдут, и вот тогда наступит очередь командующего Медми. Посмотрим, как он себя покажет.
– Его рубеж подготовлен более чем на сто процентов, – продолжила Амазонка. – По идее, я оцениваю шансы остановить флот Чкинов как очень высокие. То, что их ждет такое сопротивление, они не ожидают. Полагаю, нужно быть готовыми вступить в бой на его рубеже. Как только он отбросит Чкинов своими гравитационными установками, нам нужно атаковать их всеми силами и заставить отступить.
Адлат анализировала, обдумывая каждое ее слово. Она понимала всю серьезность предлагаемого шага и возможные последствия.
– Почему отступить, а не разгромить? – спросила она, не скрывая своего удивления.
– Разгромить вряд ли удастся, – ответила Амазонка, – как бы нам этого ни хотелось.
Адлат задумалась, анализируя и понимая всю ответственность такого шага. Она мнемонически связалась с Петром, и тот сразу ответил. Изложила ему скорректированный план, надеясь на его поддержку и понимание. Однако Петр тут же его отверг.
– Нет, Адлат, – сказал он твердым голосом, – обстановка меняется ежеминутно, готовься встретить флот так, как мы планировали. Никакой самодеятельности, действовать строго по плану.
– Я поняла тебя, – ответила Адлат, чувствуя смесь облегчения и легкого разочарования. – Все сделаем.
Она посмотрела на Амазонку. Та понимала, что Адлат советовалась с Петром, но паузу не нарушала, продолжая выполнять свои задачи с привычной точностью.
– Будем действовать так, как решили ранее, – добавила Адлат, посмотрев на Амазонку.
– Хорошо, – согласилась та, – первоначальный план более стабильный и менее рискованный.
– Именно так, – подтвердила Адлат, чувствуя, как уверенность возвращается.
Адлат вздохнула глубоко, ее мысли возвращались к предстоящей битве. Она знала, что ставка высока, и от их решений зависит не только исход сражения, но и судьба целой системы. Ее сердце билось учащенно, но она сохраняла хладнокровие, отдавая приказы и контролируя каждую деталь обороны.
– Амазонка, – обратилась она к киборгу, – подготовься к атаке Чкинов. Проверь все системы и их готовность к отражению атаки.
Амазонка держала все под контролем в постоянном режиме, поэтому ответила быстро, спокойно и уверенно:
– Все системы в норме и готовы к бою.
Адлат улыбнулась, чувствуя, как напряжение постепенно уходит, заменяясь уверенностью в команде и технологиях, которые стояли на страже их безопасности.
– Отлично, готовимся к бою…
Амазонка кивнула, продолжая мониторить данные, поступающие от сканеров. Вместе они приготовились встретить любую угрозу.
Тек тщательно следил за показателями своего импровизированного флота, который медленно, но уверенно сближался с флотом Ранта. Внутри командного центра царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением систем жизнеобеспечения и периодическими сигналами навигационных устройств. Тек понимал, что каждый момент приближения к врагу требует максимальной концентрации и точности в действиях.
Первый контакт с Рантом стал для Тека настоящим испытанием. Он осознавал, что Рант намерен атаковать Солнечную систему, разрушая цивилизацию людей – ту самую цивилизацию, которая подарила ему и его экипажам новый дом. Эти мысли олицетворяли внутреннюю борьбу: с одной стороны, он чувствовал глубокую благодарность и привязанность к людям, а с другой – лояльность к своему народу. Именно эта двойственность сдерживала его от полного перехода на сторону Чкинов. В голове Тека метались противоречивые чувства, но он старался сохранять хладнокровие и сосредоточенность на поставленной задаче.
Однако помимо внутренних конфликтов, Тек сталкивался с практическими трудностями. Основная часть экипажа его флота оставалась на холодном спутнике Харон, где были идеальные условия для их жизни. Там поддерживались жизнеобеспечивающие системы, проводились научные исследования и осуществлялось постоянное наблюдение за космической обстановкой. Отсутствие части команды усложняло управление флотом, требуя от Тека дополнительного внимания и ответственности. С людьми установились хорошие отношения. Тек понимал, что любые неверные решения могут не только привести к гибели его команды, но и нарушить мир между людьми и его народом.
