Вот же грёбаный ублюдок! Стой он сейчас передо мной, я бы порвал его в ту же секунду.
– Где Брайони? – громко повторяю я.
Тайрон опускается на стул. На заднем плане я вижу… сено?
– Не здесь. Слушай, Оскар… – начинает он таким тоном, словно общается со своим лучшим другом, – мы всегда хорошо ладили и…
– Да ни хрена мы не ладили.
– Как ты сказал? – Тайрон угрожающе наклоняет голову.
– Мы никогда не нравились друг другу. Ты жалкий ублюдок, который застрелил Шейна из машины, Тайрон.
– Так-так. – Он хрюкает, как будто разговор его забавляет, и закуривает косяк. Затянувшись, с довольным выражением лица выпускает дым. – Знаешь, Оскар, мне всё равно, что ты там думаешь. Что касается тебя, есть только одна вещь, до которой мне есть дело.
– Ага.
– Разве тебе не интересно, что?
– Наверняка ты расскажешь мне об этом прямо сейчас.
С глупой ухмылкой он откидывается на спинку стула и смотрит в потолок.
– Мне нужно сто тысяч долларов, Оскар.
Я смеюсь.
– Всё ясно. Ну удачи в поисках.
– Тебе смешно? – Тайрон выпрямляется и смотрит мне в глаза. – Дружок, это я
– Хрен ты от меня что получишь, мудила.
– Я так не думаю.
– Тогда ты страдаешь нарушением восприятия.
Проходит некоторое время, прежде чем Тайрон отвечает. Он затягивается косяком, перекидывает длинные нечёсаные волосы через плечо и сковыривает застывшую грязь с футболки. А когда поднимает глаза, ухмылки на его лице уже нет. Его глаза холоднее смерти.
– Если не хочешь, чтобы я что-то сделал с твоей малышкой, ледяной принц, ты достанешь мне эти деньги. – Грязным пожелтевшим ногтем большого пальца Тайрон чешет свою неопрятную щетину. – Ты знаешь, на что я способен.
– А ты знаешь, что я могу пойти в полицию.
– Можешь, – кивает Тайрон. – Но ты же понимаешь, что я выполню обещание. Возможно, я окажусь в тюряге, но мне похрену. Мне в любом случае нечего терять. А твоя малышка? Она подохнет, Оскар. Вопрос в том… – Он наклоняется вперёд до тех пор, пока узкие губы не оказываются возле дисплея. Когда Тайрон продолжает, его жёлтые зубы прямо у меня перед глазами. – Сможешь ли ты жить с кровью на руках?
А после он отключается.
Я глушу мотор, и звучащая по радио песня обрывается. Снежинки медленно опускаются на лобовое стекло. Некоторое время я сижу и таращусь на кирпичное здание виллы. Перед поездкой на соревнования мне срочно нужен бодрящий душ.
Наконец я вылезаю, и облачко пара вырывается у меня изо рта. По округе разносится звук захлопывающейся дверцы.
– Оскар.
Я застываю на месте. Как будто тело моментально превратилось в глыбу льда. Я не смею обернуться, иначе это станет реальностью.
– Оскар, – снова зовёт голос, на этот раз умоляюще, – посмотри на меня. Пожалуйста.
И я всё-таки поворачиваюсь.
Понятия не имею, чего я ждал. Возможно, что ветер сыграл со мной злую шутку. Или что у меня начались галлюцинации. Однако передо мной стоит она. Тощая и измождённая, как никогда.
Её черты смягчаются, когда наши взгляды встречаются.
– Хорошо выглядишь.
– Брай… – её имя слетает с моих губ едва слышным шёпотом, – боже мой. Что ты здесь делаешь?
– Я хотела тебя повидать, Джонс, – улыбается она.
– Боже, – повторяю, глядя на неё и не в силах поверить, что передо мной стоит Брайони. – Ты же замерзаешь!
Она пожимает плечами.
– Я закалённая. Ты же знаешь.
Я быстро снимаю пуховик и отдаю ей. Брайони, не колеблясь ни секунды, утыкается носом в ткань, делая глубокий вдох, и только после засовывает руки в рукава.
– Благодарю.
– Что ты здесь делаешь?
Она закусывает нижнюю губу и опускает голову.
– Оскар… – она нерешительно поднимает глаза, – нам нужны деньги.
Мои плечи опускаются.
– Твою мать, Брай! – Нервно провожу рукой по лицу. – Я думал, что-то стряслось.
Она качает головой.
– Сто тысяч.
Я едва не скриплю зубами.
– Да, Тайрон уже сказал.
– Ну так ты дашь их нам?
– Нет.
– Но… – Брайони разводит руками, – у нас есть долги, Ос. Если мы не заплатим эти деньги… ты знаешь, что тогда произойдёт.
– Морда моя. – На этот раз я использую это выражение, а не она. – Брай, у меня своя собственная жизнь. Я не управляющий твоими финансами.
– Но ты же мой друг! – Она поджимает губы и раздувает ноздри, как всегда, когда злится. – Ты обещал, что не бросишь в беде!
– Я и не брошу. Но не стану давать сто тысяч на строительство наркоимперии, которая в итоге приведёт тебя в тюрьму, Брай!
– Ну тогда ты не оставляешь мне выбора, – фыркает она.
– Что?
– Я хотела по-хорошему.
Я в недоумении пялюсь на неё, как вдруг из тени возле гаража выходит человек.
– Привет, приятель. Давно не виделись.
Лицо Тайрона выглядит безжизненным, а в тёмных глазах пустота. Если не считать неприкрытой жадности, которая ненадолго их оживляет. Снег сыплется с его грязной куртки. Чистота – это не про него.
– Чего вам надо?
Рассмеявшись, он проводит рукой по тёмным сальным прядям, но они спадают обратно на лицо. Он поворачивается к Брайони.
– Он спрашивает, чего нам надо.
В ответ Брайони лишь коротко дёргает уголком рта. Она кажется беспокойной.
Тайрон медленно приближается ко мне.
