Как ни странно, но после этих бурных проявлений симпатии и любви, а также подметенных подчистую запасов сладкого, они, узнав, что мы готовим паэлью на ужин, решили остаться. Бессовестные мужики! Сначала чуть не изнасиловали в родной квартире, а потом еще и объесть решили. Скотт до конца вечера не перестал быть объектом особого внимания Анны. То ли внимание стало менее разрушающим, то ли Скотт вошел во вкус, но сигналов о помощи не поступало.
– Все, ребята, пора и честь знать, – прощалась я с компанией после очередного предложения сбегать за еще одной бутылочкой вина. – Анне завтра на работу, мне доделывать заказ, тебе, – я обратилась к Энди, – допивать то, что не допил сегодня, на мальчишнике.
– Заказ? – спросил Бенедикт.
– Ты что киллер? – выдвинул самую «правдоподобную» версию Скотт.
– Ага, литературный, – согласилась я.
– Ребят, а, может, на мальчишник вместе? – одновременно со мной Энди решил озвучить свой удачный план.
– А она у тебя с характером, – толкнул Скотт Камбербэтча в плечо. Бенедикт виновато улыбнулся мне.
– Какой такой мальчишник? – с готовностью выпалил Скотт, не обращая внимания на попытки опротестования наших отношений.
– Разбирайтесь, где будете завтра пить за дверью, хорошо? – не выдержала я и выставила их вон.
«Ты обиделась?» – тут же получила сообщение от Бенедикта.
«Разве что на то, как ты пренебрег моим нижним бельем. Просто оскорбительно :)»
«Не нарывайся на комплименты :) Спокойных снов и не удивляйся, если завтра всю ночь будешь получать пьяные смс».
«Спокойной. Удачно погулять».
Пьяные камберсообщения, да я вся в нетерпении.
______________________________________________
* Scheisse – удивительное немецкое слово, которое употребляется с таким же размахом, как и американское f*ck и, по сути, столь же многозначно.
Комментарий к After Every Party I Die
http://vk.com/doyoubelieveinfaeries
Хештэг к главе #MUSuP_AfterParty
========== Consoler Of The Lonely ==========
Inspired by: The Raconteurs – Consoler Of The Lonely
– Вы меня вообще слушаете?
В ответ я получила апатичный кивок менеджера клуба, который занимался всем чем угодно, только не следил за моими каракулями и тактическими схемами на листке бумаги. В который раз я пыталась ему объяснить, как должна происходить смена блюд и декораций, а он в который раз слушал ровно первые три предложения. Наконец, я сдалась и отпустила его на все четыре стороны. Этот гад даже не удосужился забрать то, что я для него с таким рвением писала. Я окликнула его, но он не услышал (или сделал вид), протянула листки в сторону уходящего управляющего и обессилено опустила голову на стойку, накрыв руками, таким образом, спасаясь от несправедливого и невнимательного ко мне мира.
Рядом что-то звякнуло и приятно охладило руку.
– Не беспокойтесь Вы так, все будет лучшим образом. С такой невестой, как Вы, никто и не заметит мелких недочетов.
Я подняла рассредоточенный взгляд к источнику голоса и слабо улыбнулась:
– Я подружка невесты.
– Тогда тем более волноваться не о чем, – улыбнулся бармен в ответ и придвинул бокал ближе. – За счет заведения.
– Спасибо, – ответила за меня Ирэн и перехватила джин-тоник прямо из-под носа. Я печально проводила его взглядом, не в силах отобрать желаемое. Старею.
Бармен с готовностью взял бутылку джина, дабы восполнить пустоту в душе моей, но Ирэн запротестовала и потащила меня в зал. Я с тоской во взгляде провела услужливого бармена и свой неудавшийся коктейль и поплелась к друзьям. Судя по возне и смеху, они проводили время без меня лучше, чем я без них.
– Передоз интеллектуального труда на лицо, – поставила мне диагноз Джен. Спасибо, что не волчанка. – Энди, свали от шариков и дай Хеллс отдохнуть.
– Шариковая терапия, как мило, – просто задыхаясь от энтузиазма, промямлила я и пошла наполнять гелием эти резиновые символы предстоящего торжества. Фи! Работа чисто механическая: открыл кран, подождал некоторое время, закрыл кран, завязал шарик. Но я была не в состоянии выполнить и это. Я честно старалась. Сначала считала в прямом порядке, потом вела обратный отсчет, дальше смотрела на стрелку часов, но однообразие и торчание на одном месте угнетало и усыпляло. Если можно было хотя бы читать во время процедуры, то… я бы взорвала свой первый шарик еще раньше.
– Кажется, с тебя хватит, – констатировал Энди, возвращая себе почетную обязанность, я лишь молча согласилась, но удалиться восвояси мне не дала Анна:
– Тревога! Наша Кати* *да, как в «Грозовом перевале», и меня всегда бесили такие параллели, но на этот раз я даже не утрудилась хоть как-то отреагировать* в печали. Спасай!
