Потому, как добро направлено на благо, а зло против блага, их также можно определить, как созидающее и разрушающее начало. Но существует ли созидание в природе, которое каким либо образом не разрушало, другой рукой, то, что уже существовало ранее и не нанесет чему-нибудь ущерб впоследствии? Скорее всего, нет. Но человек, тем не менее, оперирует этими понятиями, выбирая для себя приоритетные стороны т.е. то добро, которое для него наиболее очевидно. Такова природа человека и он не в силах отказаться от нее. В идеале, как считали некоторые восточные философы, например Лао-Цзы, чтобы не делать зла, нужно вообще ничего не делать. Понятно, что для живого существа такой путь невозможен.
Даже страдание, причиненное человеку, может иметь двойственную оценку. Причиняющий страдание, безусловно, по человеческим понятиям, совершает зло, но страдающий мучающийся человек не всегда озлобляется и становиться хуже. Мудрый и мужественный становиться только мудрее, и получает даже некоторую закалку. Мучения, перенесенные им, учат его через боль сочувствию. Конечно, это более редкое явление и гораздо более сложное и высокое, чем заурядная жажда мести и ненависть, но и оно имеет место.
Осмелюсь сказать, как не парадоксально это прозвучит, что боль и страдания полезны только добрым и мудрым по природе своей..
Зло же, совершаемое кем либо, из невежества и душевной грубости, не будет в свою очередь, как не досадно, прочувствовано, сделавшим его. Он лишен угрызений совести, даже напротив, может испытывать радость, дикое чувство удовлетворенной справедливости и искренне полагать, что совершил добрый поступок. Поэтому зло, исходящее от него можно рассматривать, как неосознанное, а значит, даже, в каком-то смысле, происходящее по объективным причинам. Это умозаключение будет справедливо совершенно, только с оговоркой, что сделавший дурной поступок, не осознает и впоследствии своей ошибки, и не будет в дальнейшем раскаиваться в содеянном.
– Хм, -скептически усмехнулся Петр,– В таком случае, для себя самого, ему лучше поменьше размышлять и осознавать, что бы то ни было. И оставаться, насколько возможно, на самой низкой ступени развития.
– С точки зрения вульгарного материализма, это именно так. Но все же, позволь заметить, это уже не зависит от человека.
Петр благосклонно согласился, слегка кивнув головой.
– Таким образом, из вышесказанного можно вывести, что зрелая личность, она сама, ее сознание – и есть основной цензор доброго и злого. Окружающие, конечно, делают выводы и судят человека. Их представления и мнения влияют на его нравственные переживания, но в конечном итоге, переживать его, по настоящему, заставляют его собственные оценки событий, пускай и сложившиеся, в какой-то степени, под влиянием посторонних. С другой стороны, для человека, стремящегося к добру, крайне важна реакция людей на его действия. А для того, чтобы его благие намерения не повлекли за собой противоположного результата, ему просто необходимо безошибочно чувствовать тех, на кого он сам влияет. В этом ему неоценимую услугу оказывает воображение – качество, данное от природы, позволяющее представить себя на месте другого, найти в себе мир переживаний другого человека. И, конечно же, нельзя не упомянуть, в связи с этим, роль самосовершенствования в понимании мира и людей. Без развитой способности тонко чувствовать и понимать самых разных людей, невозможно преуспеть и в благодеянии. Важность этой способности становиться яснее, когда вспоминаешь о том, что любое деяние имеет двойственную природу. И в помощи, надо быть осторожным и деликатным.
Постараюсь быть более наглядным. Рассмотрим пример с двумя поставленными на грань голодной смерти мужчинами. Представим, что они оказались на безлюдном острове, лишенном растительности и всего того, что могло бы помочь им прокормить себя. Только один спасательный жилет и жалкие остатки пресной воды во фляге – единственный призрачный шанс, чтобы помочь одному из них спастись, добравшись до большой Земли. Как мы расценим происшедшее, если в такой ситуации сильнейший завладеет спасательным жилетом и водой, и уйдет с острова? В животном мире подобный исход мы нашли бы естественным. Но как оценить поступки людей? То, что для одного благо и добро, для другого оборачивается злом. Ведь, зачастую, человек, не в состоянии поступить во благо себе и другому, одновременно. Действуя во благо своей собственной физической природе, почти всегда, он наносит ущерб или лишает блага иную природу человеческую, животную либо растительную. Таким образом, возникает томящая сердце мыслящего, нравственная неудовлетворенность, присущая, на мой взгляд, лишь человеку. Конечно, мы знаем, что и животные жертвуют своим благополучием ради детей, клана, хозяина, но вряд-ли это – их осознанный выбор, решение вызванное сочувствием, сопереживанием, состраданием. Это, скорей всего, – простой инстинкт. У человека же, именно сознание (совесть) часто определяет его поведение, нравственные переживания для него – нормальное явление.
