Но о надежде на спасение, все-таки, говориться евреям уже и в те древние времена. За семь веков до Христа, Исайя предупреждает о приходе Спасителя, о «вечном завете», говорит недавним язычникам, что Бог ненавидит насилие. Из Исайи (61:8) " Ибо Я, Господь, люблю правосудие, ненавижу грабительство с насилием, и воздам награду им по истине, и завет вечный поставлю с ними". Пророчество Исайи, хоть и было послано евреям, является предтечей Нового Завета, «света великого» обещанного всем людям вообще. Об Иисусе, как раз, говорится как о свете этим людям, находящимся во тьме: "земля Завулонова и земля Наффалимова, на пути приморском, за Иорданом, Галилея языческая, народ сидящий во тьме, увидел свет великий, и сидящим в стране и тени смертной воссиял свет." Пророчество об Иисусе имелось и во времена Давида: " сказал Господь Господу моему: седи одесную меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих."(Пс109:1) Здесь царь Давид называет будущего помазанника своим Господом, а Бога отца – Господь. Возможно, также, что именно это является объяснением принадлежности Спасителя колену Давидову. Но не происхождение – главное, на мой взгляд, хотя, вероятно, это имеет некоторое значение в духовном смысле.
