Сложно сказать, что такого особенного я нашел в Вике. Если кто спросит, я даже не сразу смогу объяснить – это на каком-то другом уровне, выше слов. Она красивая, но, будем честны, я видел красивее. Умная, но с умницами у меня тоже пару-тройку раз был секс. У нее классное чувство юмора, но и этим меня не удивишь – однажды я переспал с двумя артистками юмористического жанра сразу после их стендап-концерта в клубе. Ну то есть нет в Огневой вроде бы ничего для меня принципиально нового, но вот когда смотрю на нее, прикасаюсь к ней, вдыхаю ее запах, то в груди распаляется искра, которая заполняет все мое тело, каждую клетку.
И секс с ней – это не просто секс. Это эмоциональный фейерверк, который затрагивает не только пах, но и пространство за ребрами, плавит мозги, горячит кровь. Несмотря на весь мой опыт и абсолютную неопытность Огневой, с ней, я это точно знаю, у нас лучший секс из всех возможных. Идеальная совместимость, тотальный экстаз. Но, наверное, еще важнее то, что происходит после физической близости – я курить не курю, потому что не хочу ее отпускать, а это кое-что да значит.
Мое правило не задерживаться возле девчонок после секса с Булочкой с самого начала летит к чертям. Я хочу с ней спать, хочу прижиматься к ней, обнимать ее, зарываться носом в ее волосы. И хочу, чтобы она делала то же самое. Вот как сейчас лежала на мне, согревая шею своим дыханием, и водила тонким пальчиком по моей груди, рисуя одной ей известные символы. Приворотные, наверное. Ведьма меня точно околдовала.
– Не знаю, говорил тебе или нет, но грудь – это моя эрогенная зона, – насмешливо тяну я, накрывая ее ладонь своей рукой и прижимая к ребрам. – Продолжай, если готова пойти на новый круг. У меня уже почти встал.
– У тебя всегда стоит, – сдавленно смеется Булочка. – Это вообще нормально?
– У меня не всегда стоит, – возражаю я, сжимая свободной рукой ее ягодицу. – Но встает на тебя – всегда. Улавливаешь разницу? С тех пор как ты в своей секси-юбке ноги задирала на матче и два пальца в рот тянула, делая вид, что тебя от меня тошнит, я страшно хотел и хочу тебя.
– Почему делала вид? – Огнева приподнимается надо мной и посылает одну из дерзких улыбочек. – Меня и тошнило.
Сучка. Подхватываю ее под задницу и одним рывком подминаю под себя. Теперь я сверху, а она возится подо мной, от неожиданности растеряв все красноречие.
– Ну расскажи мне, как тебя тошнило, – предлагаю я, втиснув колено между ее ног. – А пока будешь свое вранье выдавать, я буду тебя трахать.
Дерзкий блеск в глазах Огневой за мгновение сменяется паникой. Она пытается возразить, но я в этот момент проникаю в нее сразу двумя пальцами, так что с ее губ срывается лишь нечто, отдаленно напоминающее писк котенка.
– Так что там с тошнотой, Булочка, м? – мычу я, прикусывая зубами ее нижнюю губу и слегка оттягивая. – Жду подробный рассказ.
– Прекрати, – сипит она, жадно хватая ртом воздух, потому что я мягко и ритмично начинаю насаживать ее на свои пальцы. – Арсений… Пожалуйста…
– Не могу, – хрипло смеюсь я, посасывая мочку ее уха. – Ты сама напросилась. Всякий раз, как будешь мне врать, буду тебя иметь. Договорились?
– Из… Извращ-щен-нец, – выдает Огнева, подрагивая от каждого движения моих пальцев внутри.
– Признай, Булочка, что ты уже тогда хотела меня, – подначиваю я, продолжая в том же ритме.
Глядя на ее раскрасневшиеся щеки и дрожащие губы, сам еле сохраняю спокойствие, но тут уже дело принципа. Гром я или нет, в конце концов?
– Ненави-и-ижу тебя, – хнычет она, приподнимая бедра мне навстречу, но я быстро убираю пальцы, не позволяя ей получить желаемое. – Арсен-ний…
– Не так просто, – осаждаю ее ласково, касаясь губами ее губ, пробегаясь кончиками пальцев по ее клитору. – Давай, Булочка. Одно твое слово, и я дам тебе кончить. Так тошнило тебя или ты меня хотела?
– Хотела, – выдыхает она и тут же вскрикивает, потому что вместо пальцев я загоняю в нее член.
С чувством триумфа я накрываю ее тело своим и начинаю в ней двигаться. Ее-то я помучил и желаемое признание вырвал, но и сам себя до предела довел. Хочу ее так, будто до этого мы не прошли с ней два полных круга сексуального безумия. Конец света, короче.
Покорно принимая меня в себя, Булочка поднимает руки. Одну ладонь привычно запускает в волосы на моем затылке, вторую неожиданно кладет на грудь и зажимает под ней мой кулон. И смотрит в глаза – так пронзительно, так честно, словно хочет заглянуть куда-то в самую глубину, за фасад, туда, куда я вообще никого не пускаю.
