— Я бы тоже не хотела… — девушка с надеждой посмотрела на Германа.
— Ладно, давайте я. Не маму же с кухни звать. У них там с Виленом новогодняя романтика. — сдался тот.
После того, как Лаврова объяснила Пете правила, игра начала набирать обороты. Чего уж скрывать, весело стало быстро и всем. Игорь видел, что сыну очень нравится играть, да и сам он испытывал радость от такой семейной забавы.
В середине игры, Истомин оказался в весьма странной, но вполне предсказуемо-обыкновенной для данной игры позе, нависнув над женой, которая была перед ним как на ладони.
— Что ты на меня так смотришь? — старясь сохранять равновесие, стоя в позе мостика на руках, спросила она, поймав его скользящий по её телу взгляд.
— А на кого мне смотреть? Прости, но подо мной, только ты.
— По-моему, слишком откровенно. — вредничала Лера.
— Взгляду смиренного монаха меня ещё не обучали. Вообще, что тебя не устраивает?
— Меня не устраивает то, что ты можешь потерять равновесие, засмотревшись. А значит, рухнешь прямо на меня. — смягчилась она.
— Будет шанс тебя поцеловать. — улыбнулся он, смело посмотрев ей в глаза.
— Так, сладкая парочка! — вмешался извне Герман. — Вообще-то сейчас ваши ходы, вернитесь с небес на Землю.
Он видел, как Калерия и его брат смотрели друг на друга, и понимал, что, кажется, с треском проигрывает спор. Сердце сжималось от того, что эта девушка, похоже, никогда не будет с ним. Истомину-младшему, хотелось немедленно встать и объявить, что он любит её, что готов отдать жизнь, свободу и ждать сколько угодно… Но понимал, что всё это невозможно. Всё покажется глупым, нелепым, неправильным.
Рассердившись в конец, парень просто немного смухлевал, направив Игоря в другую от Лавровой сторону, подальше, чтобы разбить их идиллию, созданную игрой.
Январь пролетел незаметно в бесконечной череде праздников, работы. В свободное время, Калерия ходила на курсы вождения в авто-школу, всё-таки, пожелав доделать начатое Германом.
Игорь с братом наперебой пытались проводить с ней время. Каждый по-своему стремился отвоевать минуты её внимания, добиться расположения, будь то утренний кофе на кухне или поездка до больницы, чтобы помочь ей добраться. Девушка привыкла к этому странному, для неё, соревнованию между двумя братьями, которое началось давно, но конца, видимо, не имело.
Кроме того, вся семья усиленно занималась воспитанием Пети. Екатерина Дмитриевна и Вилен Андреевич постоянно водили внука на различные детские представления, шоу, на адаптированные для детей экскурсии в музеи, Герман развлекал племянника самыми разными играми, а Игорь, к которому Пётр был привязан и расположен больше всего, учил мальчика кататься на лыжах, читал с ним книги, много разговаривал и рисовал.
Он растворился в сыне, обожал его, и ребёнок отвечал ему тем же, выражая любовь по-своему. Не было и дня, чтобы Истомин, придя с работы, не уделил Пете внимания, а главное, он всегда укладывал его спать вместе с Лерой. Ни с бабушкой и дедушкой, ни с дядей, Пётр не засыпал. Обязательным условием было наличие рядом мамы и папы. И только вдвоём.
В начале февраля, Калерия с Игорем поехали на очередной приём, куда были приглашены. После того, осеннего приёма, где девушка спасла жизнь замминистра, и вообще проявила себя, как истинная светская леди, бизнесмен больше не опасался за то, что их выходы в свет, будут испорчены её поведением.
Да и за прошедшее время, она сильно изменилась, перестав постоянно язвить, защищаться от всей семьи колкостями.
Возвращаясь домой, парочка обсуждала детали приёма, встреченных знакомых и делилась впечатлениями от вечера.
Внезапно, машина резко затормозила так, что Лера ударилась головой о спинку переднего сидения.
— Кирилл, в чём дело? — недовольно-начальственным тоном поинтересовался Истомин.
— Мы что, кого-то сбили? — спросила девушка, приходя в себя.
— Извините, сейчас посмотрю. — водитель спешно вышел из машины.
— Ты как? — поинтересовался состоянием жены бизнесмен.
— Да, нормально всё. Ерунда. — отмахнулась та.
— Игорь Максимович, это дворняжка под колёса выскочила, дурочка. — сообщил Кирилл, вернувшись. Он явно собирался ехать дальше.
— Стой! — приказал мужчина и тут же вышел из машины. Лера выскочила за ним.
— Игорь, осторожно! — крикнула она супругу, который направился к скулящей собаке. — Она ранена, может защищаться.
— Я предпочитаю опасаться людей, а не собак. — отрезал Игорь и подхватил на руки сбитое животное. — Открой, пожалуйста, дверь, а сама садись рядом с Кириллом. Едем в клинику.
Через пару часов они уже сидели у камина в гостиной, а спасённое животное лежало рядом. Истомин гладя собаку по голове, сказал:
— Как же тебя назвать, бедняжка?
— Может Джесси? — Калерия выдвинула идею первого пришедшего на ум имени.
— Можно. Джесси… Красавица. След от ошейника… Что ж люди за звери то такие? Заводят животных, а потом выбрасывают, как ненужную вещь? — вздохнул муж.
— Что с ней будем делать то теперь?
— А что? Ничего. Врач сказал, кости целы. Так, ушибы. Быстро поправится, скоро бегать будет!
— Ты оставишь её?
