– Вольфганг, а тебе какая длина волос нравится? – неловко спросила она, чем поставила его в тупик на несколько секунд.
– Мне? Ну… должно быть, длинные, как у меня. Но не слишком длинные, как у милашки Рин. Ее волосы очень красивые, но, чтобы о них заботиться, надо их собирать в косу. А так вся красота пропадает.
Он ткнул Миру в спину в районе талии.
– Где-то здесь оптимальная длина, которая мне нравится, хи-хи.
От внезапного прикосновения девочка еще сильнее зарделась.
– В-вольфганг!
– Ой, да ладно тебе. Я просто коснулся тебя, – усмехнулся он, продолжая чесать ее волосы. – О, кажется, твои передние пряди длиннее задних. Я только сейчас понял, что у тебя прическа, которая называется «длинный боб».
– А… передние я заплетаю в косу назад. А что? Выглядит плохо?
– Да нет, мне нравится, – снова усмехнулся вулстрат. – Просто очень необычно. Редко встречаю девушек с такой стрижкой.
– Мне пришлось обрезать задние пряди. Так и получилась эта прическа.
Вольфганг нахмурился, почувствовав что-то странное в ее словах.
– Кто-то схватил тебя за волосы? И ты отрезала их?
Она ничего не ответила, но спина ее задрожала. Видимо, часть заблокированных воспоминаний вернулась к ней.
Поняв все без лишних слов, Вольфганг немедленно обогнул диван и сел перед ней на колено.
– Малышка, это все осталось в прошлом. – Он аккуратно положил руку ей на щеку, стирая слезу. – Сейчас ты очень милая девочка, а в будущем наверняка станешь первой красавицей в Обливионе.
Она молча смотрела на него, пытаясь сдержать плач. Все, что она из себя вытянула в ответ, был слабый кивок.
– А эта тика на твоей голове? Я заметил, ты ее никогда не снимаешь, – с любопытством спросил он, приближая палец к фиолетовому камню, который украшал ее лоб.
Мира очень быстро повертела головой и крикнула:
– Ее нельзя снимать! Быть беде!
Он тут же отшатнулся от нее, поднимая ладони вверх.
– Не трогаю!
Вулстрат словно испугался ее, оттого девочка молча замерла, уставившись на него.
Однако спустя пару секунд он усмехнулся.
– А ты можешь проявлять характер, когда хочешь, малышка, ха-ха. Наверняка в тебе скрывается дикий алькратик, просто он еще маленький, оттого очень ласковый.
Ее уже во второй раз сравнили с милым алькратом, оттого она снова смутилась.
– Разве я настолько похожа на алькрата?
– Хм, внешне они милы, но в душе, конечно, те еще сорванцы, – задумался оборотень, поднимаясь на ноги. – Хотя, как только мы приедем в Катценштадт, ты все сама поймешь. Киксу и алькраты… сильно отличаются от нас.
Мире даже стало интересно, что он имел в виду. Чем они могли отличаться?
Возможно ли, что это та самая праздность и легкомысленность, о которой говорил Джек, когда они только ехали в Драфталк? Он упоминал, что это ему нравится в оборотнях, но одновременно он ненавидит эту черту в них.
За время пребывания в землях вулстратов обливи не заметила легкомысленности ни у кого из встреченных ею оборотней. Все вулстраты были ответственными, раз встали на защиту своих земель. Да и бруяры тоже показались ей отличными трудолюбивыми ребятами, которые после долгого продуктивного дня награждают себя вкусностями или алкоголем из таверн.
Хотя, возможно, все дело в тех, кто правит этим народом. Рудольф, Вольфганг, Сигард Браун – все они довольно-таки упорные и трудолюбивые оборотни, которые тратят свои силы ради защиты земель и их процветания.
– А кто правит землями киксу? Катценштадт ведь находится там? – полюбопытствовала она.
Услышав вопрос, Вольфганг состроил брезгливую гримасу.
– Лучше бы нам ее не встречать по пути.
– Ее? – Девочка подняла бровь. – Землями киксу правит женщина?
– Тебя это удивляет? – усмехнулся он. – А, наверное, тебе неизвестно, кто такие киксу. Вернее, их самая главная проблема.
– О чем ты? – спросила она.
– Ну… киксу – это вид оборотней с дефектом. В общем… нет ни одного киксу мужского рода. Это чисто женский вид. Поэтому на их землях царит матриархат. Из-за этого они… ну… очень развязны и голодны до мужского внимания. А мадам фон Эбель… носит гордое прозвище «мадам Мулен Руж».
Он говорил с неловкостью, словно стеснялся обсуждать это в открытую.
– А что значит «Мулен Руж»? Разве в вашем языке есть такое сочетание букв?
– А, народ киксу говорит на своем языке, который использовался у них еще до объединения Драфталка. Они все картавят, и речь их очень красива из-за этого. Конечно, они все знают драфталкский язык, но и на нем они тоже говорят очень картаво, так что иногда не понимаешь, о чем они там болтают. Мулени – это столица земель киксу, а «Мулен Руж» – самое известное в Драфталке кабаре, которое там расположено. И хозяйкой там является сама фрау фон Эбель. Оттого ее так и зовут.
– А что такое «кабаре»? – спросила девочка. Вольфганг смутился еще больше, лихорадочно рассуждая, стоит ли говорить напрямую.
– Ну… это такое место… где маги проводят время… в компании… ну, эм… ты еще маленькая, чтобы знать такое.
– Я не маленькая, – нахмурилась Мира. – Кабаре – это то же самое, что и бордель?
Он не ожидал услышать это слово от нее, оттого закашлялся.
