Иван Васильевич вошел в открытую перед ним дверь экипажа. Внутри просторного салона были установлены шесть кресел и диван в задней части салона. Между передними двумя креслами стол, над которым был закреплён шкафчик. Отделка салона очень дорогая: кожа на креслах и диване, потолок и стены обиты узорчатой тканью с вышивкой. На стенах укреплены керосиновые лампы, с отводом выхлопа наружу. Все деревянные детали выполнены из драгоценного палисандра, пол ореховый. Ну и особое внимание привлекают, конечно же, стёкла. А стёкла покрыты резьбой и отполированы, в том числе и при помощи царской водки. Фокус в том, что изнутри всё видно прекрасно, а снаружи взгляд упирался в узоры. Царь был очарован:
— Прекрасная работа! — присел за стол и потянулся к шкафчику — А здесь что?
— В шкафчике, великий государь, можно хранить что угодно, а пока мы поставили туда набор дорожной посуды.
Бояре, сопровождающие царя тоже вошли в салон и расположились на свободных местах.
— А прокатишь ли ты нас, Александр Евгеньевич?
— Если позволишь, я уточню. Всё-таки машинист проводил небольшой ремонт.
— Узнавай, конечно.
Я выскочил из паромобиля:
— Игорь, ты закончил ремонт?
— Вестимо, Александр Евгеньевич! Там всего-то и надо было колосники поправить.
— Разводи пары! Великий государь желает совершить прогулку.
— Полчаса времени потребуется, уж не вели казнить. Я ведь воды ещё должен добавить.
— Ну давай, работай. Возьми помощников, да пошустрее. А я пока великому государю о тягаче расскажу.
Я вернулся в салон. Царь с приближёнными обсуждали увиденное. В момент когда я вошел, как раз один из них высказывался.
— Машина сия, конечно же, преудивительная, ни в одной державе таких нет и в помине, так что она послужит твоей славе. Но меня беспокоит вопрос, как отнесутся к этой затее святые отцы.
— О том мы создателя и спросим. Скажи, Александр Евгеньевич, показывал ты паромобиль представителям нашего православного духовенства?
— Да, великий государь, показывал. Я обратился с этим вопросом к отцу Исидору, а тот через епископа, митрополиту Макарию. Митрополит прислал святого старца отца Савла с двумя монахами из Донского монастыря, и тот не нашел в этой машине ничего предосудительного. Вот та икона, что установлена в красном углу, как раз и подарена отцом Савлом. А когда святой старец узнал, что при помощи второго паромобиля можно с лёгкостью перетаскивать самые большие артиллерийские орудия большого наряда на любое расстояние, то прослезился и сугубо благословил и паромобиль и его создателей. Он ведь, отец Савл, пушкарём служил ещё у твоего, великий государь, деда.
— Ну слава богу, что всё благополучно. Слышали мы твой разговор с машинистом, веди показывать тягач.
Если пассажирский паромобиль очаровал царя, то паровой тягач привёл его в неистовый восторг. Глядя как тягач выдернул с корнем дерево, а потом протащил обведённый тросом кусок рухнувшей крепостной стены, кубометра на четыре сотню метров, царь аж захлопал в ладоши.
— А ведь воистину этот тягач сможет утянуть любую пушку большого наряда!
— И не только. Можно построить большие повозки для снаряжения, провианта, боеприпасов, да для чего угодно, и выдвигаться в поход. А если построить огромные бочки, то можно тянуть с собой воду с безводной местности.
— Сколько таких тягачей можно построить?
— Если построить несколько заводов по выделке деталей для паромобилей и отдельный завод по сборке этих машин, то можно достичь выпуска в пять машин в день, а потом довести их количество до десяти- двадцати машин в день.
— Зачем так много?
— Вопрос непростой, великий государь. С одной стороны, когда люди видят мощь тягача, им в первую очередь приходит в голову использовать его для перетаскивания, например орудий большого наряда. Это правильные мысли, и туда, наверняка и пойдут первые тягачи. Но, великий государь, войско это стены, а стены как и твоя держава основаны на прочном фундаменте, и этот фундамент земля, которую обрабатывают.
— Это очевидно. Значит ты предлагаешь использовать тягачи для вспашки земли? А как ты представляешь такую махину на крестьянском поле? Она не сумеет развернуться.
— Совершенно точно, не сумеет. Но ты можешь использовать эти машины на очень больших полях, причём не притесняя существующих землевладельцев. А обрабатывать эти поля нанимать крестьян так же, как твой Горнозаводской приказ нанимает людей на заводы. В этом случае малое количество людей сможет обрабатывать большие земли. И в твоих силах устроить так, что эти хозяйства принадлежали бы державе, твоему государству. На юге свободных земель в достатке, а людей мало. И у твоей державы появится отличная возможность содержать войско не разоряя дворян. Собственно, и поместья раздавать не будет нужды.
— Тут есть над чем подумать. А ну как я у тебя отниму пожалованную вотчину?
— Я в твоей полной воле, великий государь. Но и без моего поместья на краю Дикого Поля хватит земель на десятки госхозов.
— Как ты сказал?
— Госхоз. Государственное хозяйство.
