— Блистательная Порта нуждается в выходе в Индийский океан, так как его владения есть и там. Я слышал, что во времена фараонов и во времена Римской империи существовал канал, связывавший Средиземное и Красное моря, но впоследствии он был засыпан арабами. Скажи мне, если мой повелитель даст великому султану паровые тягачи, способные прокопать канал заново и новейшие орудия для неприступных крепостей, защищающих канал от нападения с суши и с моря, это будет достойной платой за приказ твоего повелителя своему вассалу, крымскому хану, переселиться из засушливого Крыма на благодатные земли Валахии, Трансильвании или Болгарии?
Илхами-каймакам крепко задумался. После размышлений, он пристально взглянул на меня:
— Такой вариант слишком хорош и для империи Османа и для Руси. Даже крымчаки не должны оказаться слишком недовольными. В чём подвох, князь Александр?
— А подвоха нет. Начну с Руси: она получит безопасность с юга и свободу торговать с Турцией разными товарами, в том числе и хлебом, который будет выращиваться в безопасных степях. Турция получает новейшее оружие, канал, позволяющий торговать и воевать в двух океанах, и многочисленное войско на беспокойной границе с Венгрией и Австрией. Татары получают новое сытное и удобное место жительства, а их хан может даже числиться владетелем Крыма, главное, чтобы там не было ни его, ни его войска. Да, чуть не забыл: крымчаки в этом случае окажутся куда более управляемыми, чем пока они живут в Крыму. И напоследок: великий султан может в качестве дополнительного условия попросить вычистить Дон, Днепр и Волгу от вредных и беспокойных черкасов. Мой повелитель вполне может отправить их на остров Хоккайдо, реки Амур и Сунгари, где они хотя бы подохнут с пользой для человечества.
— Заманчивая идея. Ещё твой государь продвигает идею примирения Блистательной Порты и Персии. Что ты об этом думаешь?
— Я полагаю, что мой государь совершенно, абсолютно прав. Если две ваши державы прекратят, уж прости мне эти слова, но бессмысленную многовековую войну, и проведут между собой более или менее справедливую границу, то будет лучше обоим сторонам. Персия вполне может заняться Индией, а Блистательная Порта Африкой и Европой.
— А вы?
— А мы сможем наконец заняться собой. Мы будем строить дороги, заводы, города и сёла. Мы будем растить сады и детей, а наша армия будет только защищать наши рубежи. Ну. Разве что вернём некогда отнятое у нас в прежние года. Русские вообще очень миролюбивый народ, и ты это сам видишь, Илхами-каймакам.
— А ещё вы чистоплотные и держите данное вами слово.
— В этом мы похожи на вас, своих братьев живущих по ту сторону Чёрного моря. — вернул я комплимент.
Вечером того же дня ко мне явился интересный посетитель: из страшненькой на вид двуколки, запряженной мелкой, унылой, пузатой лошадкой, тяжело опираясь на палку, выбрался сухопарый, среднего роста, одноглазый мужчина лет сорока пяти- пятидесяти. Я сидя в кресле на крыльце, с интересом наблюдал за ним.
— Имею ли я радость видеть князя Ольшанского? — зычным, не соответствующим фигуре голосом спросил он.
— Это я. Поднимайся сюда, уважаемый, присаживайся, вместе попьём чаю и ты расскажешь о цели своего визита.
— Израиль Моисеевич Воропаев. — отрекомендовался он — Боярский сын из Пензы, астроном, астролог, математик и, после прочтения твоей книги, ещё и физик.
— А кто ты по крови, уважаемый Израиль Моисеевич?
— Русич. Отец мой русич, боярский сын из Новгородской земли, а жену, мою мать, дочь служилого дворянина, он сосватал себе в Суздале.
— Я почему-то подумал, что ты из иудеев.
— Нет, не из них, а что это имеет значение?
— В какой-то мере. Когда знаешь к какой крови относится человек, то легче с ним находить общий язык.
— Это верно. — и посетитель с уважением посмотрел на меня.
— Какое дело тебя привело ко мне, уважаемый Израиль Моисеевич?
— Прочитав учебник физики, составленный тобой для государевой школы, я узнал для себя очень много нового. Когда я стал строить описанные там приборы, в частности грозоотметчик, то у меня всё получилось, хоть и не с первого раза. Потом я сделал из медной проволоки и железа генератор переменного тока, и между проводками, которые я стал совмещать, проскочили искры, а когда я коснулся рукой, то почувствовал укус вроде комариного.
— Где же ты нашел постоянный магнит для этого опыта, Израиль Моисеевич?
— Мой отец привёз его из похода, когда я был совсем мальцом, но это было кольцо. Я его распилил, немного сплющил, и всё вышло как описано в учебнике. Теперь я хочу узнать у тебя как сделать большой генератор. Жена моя умерла, детей у меня нет, поэтому я продал всё своё имение и приехал к тебе. Сниму комнатку неподалёку и займусь электрическими опытами.
