Ася нашла и «Выпись из метрической книги», в просторечии метрику, которая удостоверяла рождение и крещение дочери Анастасии у Василия Петровича и Софьи Ивановны (урожденной Лукашиной) Хворостининых. Метрика была заверена подписью священника, совершавшего таинство крещения, а также печатью волостного правления и епархии. Но в портэфёе оказалась еще одна бумага, при виде которой у Аси замерло сердце: это был список[64] со страницы той самой метрической книги, где с некоторых пор значилась запись о венчании Данилова Федора Ивановича и Хворостининой Анастасии Васильевны… Кривая закорюка, стоявшая внизу страницы, означала, видимо, что здесь руку приложил тот самый попик, который осуществил венчание, сим удостоверив его. И так же, как на метрике Аси, стояли печати волостного правления и епархии.
Господи боже! Да как сюда попал портэфёй?! Сколько помнила Ася, Данилов сел в карету, когда начался дождь, держа в руках ружье и эту сумку. Ружьем он так и не успел воспользоваться – лишился чувств от удара по голове. Сумка осталась в карете. Ася про нее и думать не думала!
Кто забрал ее оттуда? Кто спрятал здесь?
Гриня Шундуков, которому отлично известна тайна кресла? Гриня Шундуков, который может войти в барский кабинет в любую минуту, ни у кого не вызвав недоумения, ибо уборка здесь ему по штату положена? Значит, в церкви был он! Он или не он напоролся на самострел в лесу, уже неважно. Важно другое: откуда Гриня мог знать, насколько драгоценны эти бумаги?
А может быть, Лика? Лика, убегая из кареты, прихватила сумку, поняв, что она почему-то важна?
Ну нет, вряд ли. Ведь в сумке лежит список венчальной записи. А венчание свершилось потом, позже. Лика уж точно не могла до того, как сбежала из кареты, спрятать в сумку эту бумагу! Хотя, возможно, ее подложили потом.
После того, как были поставлены необходимые печати.
Кто? Кто подложил список? Кто позаботился о печатях?!
Ася почти с ужасом смотрела на эту бумагу. Она мало что понимала в тонкостях наследования, но знала, конечно, что родителям наследуют дети, мужу – жена… У Федора Ивановича Данилова нет никого, кроме Анастасии Васильевны Хворостининой, его венчанной жены. Значит, если он все же убит, Ася обладает и его состоянием. Она теперь баснословно богата!
Но радости эта догадка Асе не прибавила. Напротив – стало страшно! Зачем ей такие огромные деньги? Что с ними делать?! У кого просить помощи?
Ну, наверное, желающие помочь найдутся. Ведь теперь она как невеста ценится ровно вдвое дороже, чем раньше. И человек, который когда-то отверг Асю, потому что она была дочерью ссыльного, а потом снова признал, когда она разбогатела, мог захотеть приумножить ее состояние в два раза, чтобы Широкополье тоже разбогатело в два раза.
Кто этот человек? Никита?..
Ася невесело усмехнулась. При всей своей любви к Никите она понимала, что он прежде всего не влюбленный мужчина, а послушный сын своего отца. И как ни горька была эта мысль, она не огорчила Асю, а напугала еще больше.
Отец Никиты!
Ася зажмурилась.
Никита не так умен и хитер, как Гаврила Семенович. Он не смог бы задумать эту хитроумную интригу: жениться на вдовушке-невесте, в одночасье баснословно разбогатевшей. Вот именно – в одночасье! Все следовало проделать с невероятной скоростью. Устроить это Никита в жизни не ухитрился бы, а главное – он еще и ленив. Тут же требовалась расторопность, которой он никогда не обладал.
Да, Ася почти не сомневалась: всю случившуюся аферу мог измыслить и устроить только один человек – Гаврила Семенович Широков.
Именно он беспощадно распоряжался жизнями сына и племянника… нет, двух своих сыновей, если Юрий и в самом деле был его сыном; распоряжался жизнями дочерей его бывших друзей, Хворостинина и Болотникова; тасовал их судьбы, словно это были карты в его колоде. На их чувства и желания он не обращал никакого внимания. И ведь именно Широков написал донос на Василия Петровича Хворостинина, отца Аси!
Итак, измыслена интрига. Исполнение Гаврила Семенович доверил своему младшему сыну – Юрию. Или племяннику – неважно! Разница в возрасте у Юрия с Никитой совсем невелика, но, наверное, Гаврила Семенович считал Юрия более толковым и решительным, доверял ему больше, чем Никите. Но что-то случилось, что-то сбилось, и Юрий погиб; его сообщники тоже.
Очень может быть, Никита вообще ничего не знал о баснословном приданом своей невесты. Открыть эту тайну ему, очевидно, хотели только после свадьбы. Асе отчаянно хотелось бы поверить в это!
Но неужели Гаврила Семенович не понимал, что Ася не сможет выйти за Никиту, если не будет совершенно точно знать, что ее венчанный супруг мертв? А если она об этом не узнает, весь злодейский замысел теряет смысл. Или Ася молчит – и тогда Широковы получают только ее приданое, только наследство ее отца. Или она признается, что была обвенчана с Даниловым, но тогда, чтобы выйти за Никиту, она должна увидеть труп супруга, и мало того – увидеть этот труп должны и другие люди, а также полицейские власти, чтобы удостоверить ее вдовство. Чтобы признать ее баснословно богатой вдовой…
