От учебных корпусов на базе до штаб-квартиры рукой подать: всего-то минут пятнадцать, если идти пешком, или минуту, если проехаться на гравимашине. И тем не менее, три недели жизни в казармах показались годом, проведённым в другой стране. Вернувшись ранним утром в свой уютный номер на восьмом этаже, Софике небрежно швырнула сумку с вещами в дальний угол, бросила на кровать элеком, легла на одеяло прямо в одежде и с блаженством зарылась носом в мягкую, приятно холодящую кожу подушку. Какое вторжение? Какие демоны? Спать, только спать. Впереди пять дней законного отдыха, и она заполнит их максимальным ничегонеделанием.
Она отключилась почти до самого вечера — и, наверное, проспала бы целые сутки, если бы нетерпеливый стук в дверь не вынудил разлепить веки.
— Ну кто там ещё? — простонала Софике, приподнялась на локтях и крикнула: — Олиси, опять ты?
— Открывай! — послышался приглушённый голос подруги. — Чего сейчас расскажу!
Софике нехотя слезла с кровати и, отчаянно зевая, зашаркала к двери. Олиси с порога схватила за руки, закружила по комнате и крепко стиснула в объятиях. Выглядела она такой восторженной, будто вот-вот объявит о собственной помолвке — или вовсе о свадьбе.
— Ты прикинь: у меня обнаружили чувствительность к отражениям миров! — с горящими глазами возвестила Олиси.
Софике ошарашенно раскрыла рот. Как? Когда? Почему именно сейчас, а не в интернатуре?..
— Помнишь, мы с торератом Ханом разговаривали после того происшествия в институте? — трещала Олиси. — Он нас ещё сначала на какие-то тесты направил, там типа датчики всякие прилепляли к голове… Ну помнишь же? Потом уже к психологам послал. Так вот, на тех тестах и выяснилось, что чувствительность есть! Я, оказывается, одарённая!
Проверяли обеих, а дар, получается, обнаружили только у Олиси, раз никто из Центра управления аванпостами так и не связался с Софике. Значит, никаких редких способностей у неё и нет. Лёгкая зависть к чужому таланту затмила радость за близкого человека и грозила занять главное место в путаных мыслях.
— Не, ну там не то, чтобы много чувствительности этой, — продолжала рассказывать Олиси, не замечая перемен в настроении подруги. — Мне сказали, что я даже интернатуру операторов не потяну. Но достаточно, чтобы заниматься обслуживанием и программированием аванпостов. Понимаешь, к чему я клоню?
Софике помотала головой. Спросонья, да ещё и после таких ошеломляющих вестей, и думалось, и понималось очень плохо.
— Я-а ухожу-у от Ре-егеро-о-о, но остаю-у-усь в «Третьей стороне-е-е»! — пританцовывая, пропела Олиси. — И он вместе со всеми своими экзаменами и переаттестациями может катиться в каверну! Меня переводят в подчинение омарата Мседео Кариш. При Центре тоже есть свой техотдел, но он как бы особняком, там только одарённые работают. А раз нас мало, то и на улицу не выкинут, как безродных хундов каких-то.
— Ты вообще-то сама хотела уволиться, — хмуро напомнила Софике.
Олиси тут же надулась и обиженно скрестила руки на груди. Софике почувствовала себя завистливой тварью, а не настоящей подругой — нет бы что-то приятное сказать.
— Извини. Я, конечно, очень за тебя рада, — выдавила она. — Просто расстроилась, что мы больше не будем вместе работать.
— Почему не будем? — Олиси широко распахнула глаза. — Ты что, письма не видела? Соня-засоня, ты весь день спала?
Софике принялась шарить по постели в поисках элекома — ага, вот он, спрятался между простынёй и одеялом. Как она пропустила столько оповещений? А-а-а, забыла убрать беззвучный режим. Бедняга, наверное, разрывался от звонков и сообщений, но Софике спала как убитая. Фильтры аккуратно рассортировали входящие письма по меткам: автоматизированные процессы техотдела наштамповали уже двадцать две рассылки, ещё около десятка пришло после обновлений документации во внутреннем портале, два поручения — от омарата Регеро… «Подождёт», — мрачно подумала Софике, нетерпеливо листая список дальше. Заветная единичка горела рядом с самой новой категорией меток — от Рэйзора. Раньше там было пять писем, и Софике берегла их как национальное достояние, даже включила в «избранное». И вот, наконец, шестое… Софике поскорее ткнула на заголовок — «Хорошие новости для Олиси Муни».
«Олиси переведут в Центр управления аванпостами. Я же обещал, что разберусь», — отчитался Рэйзор, добавив в конце подмигивающий эмокон. В душе зародилась тёплая волна благодарности, и Софике невольно заулыбалась. «Всё-таки он правда обо мне помнит», — подумала она, перечитывая короткий текст. Олиси с любопытством заглянула через её плечо.
— Ты нашла письмо?.. Да не это!
Софике прижала элеком экраном к себе, но было поздно: Олиси уже увидела имя отправителя.
— Рэйзор тебе лично пишет? Ну ничего себе! — удивлённо протянула она. — Так между вами правда что-то есть?
— Да нет ничего! — Софике вспыхнула и отодвинулась подальше от любопытной подруги. — Мы просто по работе общаемся.
— Ну да, с эмоконами, — хихикнула Олиси. — Что-то я сомневаюсь, что робот, да ещё и ксарат, будет эмоконы в деловой переписке использовать.