С мамой Таней и братом новоиспеченный подводник попрощался накануне отъезда, маму Симу и обретенную сестру поцеловал с утра и вместе с женой, испросившей на проводы замену уроков в школе, отправился в долгий путь к новому месту службы. Этим же поездом, но до Владика ехали еще два однокурсника, так что дорога обещала быть не слишком скучной. Когда хвост поезда превратился в точку, Неля осознала, что без Вити краски жизни поблекнут, что муж уехал с ее сердцем в кармане и что ей срочно нужно догнать его и вернуть себе. Иначе как дышать теперь полной грудью? Она шла к метро, а из репродуктора неслось бодрое: «Зори московские, звенят-поют часы кремлевские, с добрым утром, земли и моря, Москваа мояаа».
В школе учительницу английского языка Нинель Павловну Павлищеву поздравили с законным браком и спросили, какая же теперь у нее фамилия, надо бы документы переоформить. И с большим удивлением узнали, что фамилию она не поменяла, значит в документах все в порядке. В эти дни школа, и вся страна самозабвенно готовились к великому дню, семидесятилетию Великого человека. Проводились собрания, концерты, выпускались стенгазеты, и все под неусыпным контролем партийных органов. Все хотели заслужить похвалу или хотя бы не провиниться. Наступила календарная зима, и погода давала о себе знать по полной. Неля с головой погрузилась в подготовку детского спектакля к празднику, и эгоистично радовалась, что у нее нет классного руководства, иначе она бы не справилась с обилием задач, поставленных перед учителями. Татьяна как-то позвонила и пригласила невестку зайти в гости на обед, поболтать. Разговаривали о том о сем и оказалось, что свекровь беспокоит экипировка девушки. Татьяна боялась, что в Совгавани холодные зимы и предложила обратиться к знакомому меховщику, сшить Неленьке шубку. А поскольку денег и меха было маловато, свекровь придумала разделить свою нынешнюю шубу на две. Редкую двухстороннюю шубу привез Матвей, когда работал в Союзпушнине. Сверху шоколадного цвета каракуль, внутри яркий огненно-рыжий жеребок. Меховщик зацокал языком, увидев такую драгоценность, «такого меха нынче днем с огнем», попросил недельку подумать и поколдовать, позвонил и сказал, что из жеребка получается прекрасный полушубок для стройной девушки, а воротник и шапку-кубанку к нему он сошьет из принесенной Татьяной шкурки золотистого каракуля.
Оставалось только дождаться пропуска в пограничную зону и можно было выдвигаться. Витя писал, но письма шли долго, не содержали почти никакой информации и сводились в основном к тому, что занят по горло, любит, скучает, ждет встречи и велит беречь себя.
Город Советская Гавань, куда был направлен Виктор, располагался на отрогах Сихотэ-Алиньского хребта на берегу Татарского пролива с глубокими изрезанными бухтами, в которых при необходимости можно было припрятать весь флот страны. Необыкновенной красоты скалистые берега с редкими песчаными пляжами покрыты были зарослями хвойных и лиственных деревьев и кустарников и во все времена года сияли разными красками: ярко-розовым багульником в мае, ржаво-рыжей хвоей в октябре, сочной зеленью летом и иссиня-белыми склонами зимой. Вода пролива была удивительно прозрачной и даже на больших глубинах можно было рассмотреть дно, даже сквозь лед. Эти потрясающие места были открыты сравнительно недавно, во второй половине прошедшего века и почти не использовались, поэтому их еще не успела изгадить наступающая и здесь цивилизация. Еще жили на берегах потомки исчезающего племени орочей, но начиная с двадцатых годов стали появляться переселенцы из других мест, в тайге вырастали лагеря для граждан страны, нуждающихся в силовом перевоспитании. А тридцатые показали, что без присмотра, без военного флота распоясавшиеся японцы и белокитайцы самовольно орудуют в советских территориальных водах. Надо было укреплять восточный фасад советского дома.
Изначально все бухты были названы в честь членов большой императорской семьи, но с установлением здесь новой власти они стали называться понятно: Постовая, Западная, Северная… Зимы в основном холодные, лето прохладное, с туманами, но в июле-августе можно ходить в легкой одежде и даже купаться – последнее уже на любителя. Ледовая обстановка в проливе была сложной три месяца в году, но год на год не приходится.
