Отсутствие работы и вынужденное безделье угнетали, Неля плохо просыпалась по утрам, хандрила, старалась найти себе занятие. Хорошо, что Галя попросила позаниматься с Наткой английским, и осень стояла такая яркая, что не смотря на хандру ее все равно тянуло прогуляться в Желдорбат или Заветы. Но после Риги магазины казались опустошенными Мамаем, китайский рынок был недоступен ввиду полного отсутствия денежных средств, а репетиции в театре еще не начались. Заниматься физкультурой совершенно не хотелось, зато пару раз удалось поболеть за мехмастерские на первенстве бригады по футболу. Совместные тренировки и спортивные игры Виктор ввел в своей команде насильно, и матросы как будто проснулись от летаргическогого сна, почувствовали себя кому-то нужными и встряхнулись. Владимир Лашев развил бурную деятельность. По поручению командира съездил в командировку в учебный отряд, пообщался с народом и представил список тех, кого неплохо было бы получить на вакантные места в команде ремонтников. Виктор доложил флагмеху, тот комбригу, и вопрос был решен. Субботник по наведению порядка в помещениях мастерских тоже повлиял на отношение «команды ленивых» к службе. Это же субботник, как у независимых людей, а не просто приказ вылизать языком загаженные полы и столы! Работали все вместе, старлей тоже пачкал свои руки наравне со всеми, а потом выпросил у замполита бланки грамот и отправил семьям особо отличившихся благодарственные письма. К середине осени команда мастерских стала выглядеть совершенно по-другому. После инвентаризации они с Лашевым составили докладную по списанию и приобретению станков и оборудования, флагмех поддержал все инициативы и можно было надеяться на положительный результат.
Виктора никто не трогал, на беседы больше не вызывали, он иногда с тоской посматривал на бухту, на опустевший пирс, но как только пришли первые заморозки, погрузился в работу по макушку. «Сезон охоты» заканчивался, и на лодках все чаще возникала необходимость привлечения ремонтной бригады, более того, осознав, что теперь есть к кому обратиться, механики лодок все чаще привлекали «команду «ух» Здановича в помощь.
Неля заметила, что их реже стали приглашать на посиделки в гости и это царапало, но не ранило. Баштаевы, Латоцкие, Сухаревы, Поповы оставались друзьями, а те, кто раньше звал к себе из каких-то иных побуждений, сразу отсеялись, и цена этим отношениям стала понятна. Кроме того, Виктор сильно выматывался в своей новой должности, которая требовала не только умения организовать ремонт, понять, как и что лучше сделать, какие материалы и детали применить, но и умения составлять материально-технические и финансовые отчеты. Опыта в составлении бумаг не было. Некоторые технические решения требовали рационализаторского подхода, голова шла кругом, и ему не всегда хватало сил доползти до кровати, а не только до дружеского стола. У Поповых образовалась еще и своя компашка докторов со всего гарнизона, у них были свои профессиональные разговоры и шутки, свои темы и анекдоты. И пусть жили они все по разным поселкам, но недавно запущенная линия «городского автобуса» способствовала лучшей связи и большим возможностям для общения. Два стареньких довоенных хрипящих ЗИСа перегнали из Хабаровска специально для этой стороны бухты. Они ходили по кругу в соответствии с расписанием, и это было огромной радостью для жителей.
В один из октябрьских дней, когда низкие тучи и унылый дождь снова стали вынимать душу, в дверь позвонили, и на пороге нарисовался знакомый старшина из МРО. «Неля Павловна, здравствуйте, Вы не могли бы прийти в отдел завтра или послезавтра? Вас новый начальник отдела капитан третьего ранга Киреев просил зайти». Она не знала, радоваться или начинать беспокоиться. Ее и так периодически подташнивало, то ли от нервов, то ли от погоды. Надо бы с Галкой посоветоваться. Витя вечером сказал, чтобы ничего не боялась и шла смело, ее работа прежде была отмечена несколькими благодарностями и ждать плохого вообще не нужно.
Знакомый отдел встретил радостно, пока шла к кабинету начальника, с ней поздоровались человек пять. Каптри Киреев по слухам назначен был аж из самой Москвы. Он обрадовался, что потенциальная сотрудница сразу откликнулась. Сказал, что структура отдела поменялась, появилась штатная единица преподавателя, и если она согласится занять ее, у подразделения будут хорошие перспективы. Ну и у самой Нели. Кокетничать она не стала, сказала, что с радостью выйдет на работу, тем более, что относительно свободный режим посещения ее устроит полностью. Договорились, что она выйдет с начала ноября, и распрощались. Домой барышня летела как на крыльях, такая неожиданная удача, и Маринка у бабушек очень кстати. Жизнь похоже налаживается!
