Нейт Парами сообщил, что с того дня Савады ни разу не пересекали границы нашего графства. Притихли, если не считать того клятого прошения о передаче замель.
Но тишина эта казалась обманчивой.
Не торопясь, мы шли по тропе, что вела к источнику за замковыми стенами. Я подстраивалась под шаг графини, впрочем, спешить нам было некуда.
Воздух звенел от чистоты, капли росы блестели на молодой зеленой траве. А за нашими спинами синели макушки гор.
— Когда я была моложе, ходила этим маршрутом, — неожиданно призналась Коко. — Каждое лето мы с отцом поднимались к Соколиному гнезду, проходили сквозь Алые ворота и встречали закат.
— Вот и повод вспомнить молодость… Стой! — я всмотрелась вдаль. — Кажется, кто-то приближается.
И правда, по дороге катил экипаж.
Вскоре мы узнали эмблему городской почтовой службы. На деревянных боках кареты висели громоздкие защитные артефакты, на козлах восседал курьер с гусарскими усами.
Он явно не ожидал встретить одиноко прогуливающуюся графиню с внучкой, но виду не подал.
— Садитесь, ваши сиятельства, — весело предложил он, склоняя голову в низком поклоне и приоткрывая дверь экипажа. — Довезу до замка. У меня к вам посылочка от мастера Креца, а еще…
О, я не пожалела, что наша прогулка не состоялась.
Инструменты!
Как давно я их ждала.
Тем временем дверца распахнулась шире. Внутри экипажа на деревянных ящичках сидели двое смущенных парней. Лица их показались мне смутно знакомыми.
А курьер весело и задорно продолжал:
— Значиц-ца, это тоже вам. Живой груз!
— То есть как нам? — оторопела Кокордия и захлопала глазами.
— Нейт Рингер велел доставить по адресу вместе с посылкой. Привез в целости и сохранности, ваше сиятельство! Получите — распишитесь.
Наконец парни пришли в себя, поприветствовали нас обеих, и тот, что выглядел бойчее, заговорил:
— Ваше сиятельство, не гневайтесь! Нейт Рингер сказал, что нейра Олетта обещала приютить учеников лекарей, если нейт Марагас нас выгонит. Вот мы и напросились… к вам.
Под конец речи его громкий голос затих, и парень опустил глаза.
Батюшки! Это ведь те молодые забастовщики с площади. Я их узнала.
Коко вздернула бровь и уставилась на меня. Я совсем забыла ей рассказать…
— Не гоните прочь, ваше сиятельство! — взмолился второй и сложил ладони у груди. Наивные голубые глаза смотрели с надеждой. — Клянусь, мы отработаем каждый потраченный на нас сорен! Мы ведь и по хозяйству умеем… Идти нам больше некуда, графинюшка. Грит — сирота, а меня отчим из дому выгнал, как узнал, что нейт Марагас…
— Довольно, — прервала Кокордия словесный поток, — сразу гнать не буду, благодарите мою внучку. Но все равно побеседую с каждым и посмотрю, чего вы стоите, молодые люди.
Потом отвела меня в сторону. Я ожидала разбора полетов и тем сильнее было удивление, когда она сказала:
— Мне нравится, как ты взаимодействуешь с простыми людьми. Мои предки тоже не задирали носы и не сторонились простого люда. И теперь эти мальчишки под твоим покровительством, молодая графинюшка, — она усмехнулась. — Вот только вражда с гильдией лекарей — это совсем не то, чего я хотела.
— А тебя устраивает, что в графстве Готар командуют все кому не лень, только не наша семья? Нейт Марагас зарвался, надо охладить его пыл и показать, что нет никого незаменимого. Ты занимайся хозяйством и бухгалтерией со стражем финансов, а я… — сжала ее ладонь в складках плаща. — Остальное я беру на себя.
Юных лекарей звали Грит и Валь. Первого растил дед, сам когда-то служивший лекарем. Он передал внуку свои знания и помог вступить в гильдию, а после с чистой совестью покинул этот мир.
Грит был выше своего друга. Длинные руки и ноги, длинные пальцы пианиста, большие темные глаза на бледном лице. Не писаный красавец, зато взгляд выдает доброго и порядочного человека.
У Валя семья имелась, но отчим разозлился, когда нейт Марагас выгнал пасынка, и запретил даже на пороге родного дома появляться. А мать сказала, что либо он становится лекарем несмотря ни на что, либо пусть идет побираться.
Валь выглядел младше своих двадцати двух лет. Невысокий, с пухлыми щеками и наивными голубыми глазами.
На самом деле было пятеро забастовщиков, но один из них предпочел отправиться в родную деревню и вести «подпольную» деятельность без диплома.
Двое не теряли надежды разжалобить Марагаса и вернуться в гильдию, поэтому в наш замок приехали только Валь и Грит.
И сразу попали… нет, не в кабинет графини, а на кухню. Как мы могли оставить бедных мальчишек голодными? От урчания их животов мы с Коко едва не оглохли.
Когда Ирри поставила перед ними полные тарелки дымяшейся каши с кубиками сладкой тыквы, юноши быстро забыли о манерах. Уплетали так, что за ушами трещало.
Конечно, любопытных детишек сразу заинтересовали новые лица. Замир, Флори и Вивиан, сидя на лавке, мило болтали и расспрашивали изгнанных студентов о жизни в городе. Ринк казался им местом, полным приключений и сюрпризов.
— Не то что у нас в Ключе, где можно помереть со скуки, — прокомментировал Замир и глубоко вздохнул.
