Этот жест понравился масэтру. И все-таки он не сдержался, и его губы тронула легкая полуулыбка.
Каждый из масэтров считал своим долгом сказать ей нечто особенное.
– Братья мои… – Кэнд шагнул вперед. – Кадеты ждут вас.
Оставшиеся масэтры наскоро попрощались с Лэа, оставив ее наедине с Кэндом.
– А у вас сейчас нет учеников? – рискнула спросить она.
Кэнд грустно улыбнулся, уводя за собой Лэа вглубь коридоров пустого замка.
– Лейс был последним.
– Что? – поразилась Лэа.
– Вот уже два года, как никто не доходит до моего обучения. Но идем же!.. – он обнял Лэа за плечи, проходя по узкому коридору. – До меня доходили слухи о твоих приключениях! Но я хочу все услышать из первых уст.
– Что до вас доходило? – Лэа была рада, что все эти годы он мысленно был рядом с ней.
– Больше всего мне интересно, как же ты уломала Гэрраха отдать свой лучший меч?!
– Этого я и сама не знаю, – честно призналась Лэа.
– Еще меня волнует тот момент, сколько же ты людей убила по пути к своей заветной цели? – в голосе Кэнда послышался металл, и ее сердце испуганно сжалось.
– Я… – она честно попыталась вспомнить те залитые кровью дни, когда у нее не было никакого плана, и единственным пропитанием было наемничество. – Я не знаю…
Ответное молчание масэтра было тягостным.
– Ты меня разочаровываешь, Лэа…
Лучше бы он убил ее! Все рухнуло. Человек, мнение которого она единственно ценила и уважала, разочаровался в ней. Она мгновенно оказалась под тяжестью всех совершенных ею поступков, ведших ее к Джеру.
– Масэтр Кэнд, я…
Он поднял руку, и она умолкла.
Еще несколько петляющих коридоров – она хорошо помнила эту дорогу – и они оказались перед светло-коричневой дубовой дверью. За этой дверью находился кабинет Кэнда. Место, где он работал и тренировался, в свободное от занятий время. То есть в месте, где в последние два года он проводил все свое свободное время.
Масэтр толкнул дверь и пропустил Лэа вперед. За прошедшие года здесь ничего не изменилось. Витраж на окне по-прежнему цветно освещал круглые своды комнаты, украшенные эльфьей лепкой. Вокруг стен высились многочисленные книжные полки, на которых громоздилась самая разнообразная литература, начиная "Основными методами фехтования аурумских и асентских воинств" и "Описанием мест и земель элатейских", и заканчивая "Историей создания мира сего милостивой богиней Эаллон" в изложении эльфов и «Сотворением мира из пыли» по версии гномов. В углу высился грубо сработанный письменный стол, на котором царил идеальный порядок. Каменная кладка пола в центре комнаты была истертой и глянцевито блестела. Лэа знала, что здесь масэтр тренируется. Это было едва ли не единственное место в замке, где можно было скрыться от любопытных глаз кадетов. На всех свободных участках стены висело или располагалось иным образом оружие: мечи, топоры, секиры, кинжалы, луки, сабли, ножи, фальчионы. Лэа знала, что все это оружие было самой превосходной работы. Справа, между двух книжных полок находилась дверь. Лэа ни разу не была там, но догадывалась, что это жилые покои масэтра, и примерно представляла себе их обстановку: жесткая деревянная кровать, накрытая тонким покрывалом и небольшая тумбочка. Возможно, вбитый в стену гвоздь, на который он вешал свой меч.
Лэа прошла в комнату, села прямо на каменные плиты пола, замерла в ожидании. Масэтр немного помедлил, но сел таки напротив нее.
И опять она боялась поднять глаза.
– Ты должна остановиться… – слова Кэнда магнитом притянули ее взгляд к его бушующему океану глаз. В них читалось все. Все, кроме одобрения и понимания. – Друид был прав.
– Вы и это знаете?.. – тихо спросила она.
– Я знаю все.
– Я поклялась убить его! – в голосе звенела сталь.
Это решение было вынесено давно.
Это был смертный приговор, который не подлежал обжалованию. Это не обсуждалось.
Это было решено окончательно и бесповоротно.
– Сколько человек ты убила на пути к нему?
Лэа не нашлась, что ответить.
– А ты думала о том, что у убитых тобою людей тоже были семьи. Что каждый из них был чьим-то братом, мужем, отцом. Ты не думала, сколько мстителей породила ты?! Что, возможно, уже полчища их рыскают по свету с целью отыскать тебя и убить? Отомстить?
По ее пораженному молчанию Кэнд понял, что она об этом никогда не думала.
– Для тебя это ничего не значило. Как не значило и для него.
– Нет! – крикнула она, поняв, к чему клонит Кэнд. – Я не такая, как он! Никогда! Я не убивала детей и женщин! Моей целью всегда были мерзкие бандиты и убийцы, такие, как он! Я истребляла их, как заразу, очищала наш мир, старалась избавить его от чьих-то непролитых слез! Если бы все они остались живы, многие люди погибли бы! Еще больше! Так что не смейте сравнивать меня с ним! Никогда!
Она тяжело дышала, пытаясь прийти в себя.
Лицо Кэнда ничего не выражало, но осуждение по-прежнему исходило от него и пронзало Лэа, как электрический ток.
– Вы могли бы сказать мне, где он… – прошептала Лэа. – Вы ведь знаете это. Вы все знаете!
Масэтр поджал губы.
– Это мне неведомо.
– Вы лжете! Вы не можете этого не знать! Он ведь был у вас! Полгода назад! Но вы отказали ему, ведь так?!
