И зачем, зачем они с отцом тогда пошли у Наташи на поводу? Да если б заранее знать… Ведь подсказывало сердце, подсказывало! Да что уж теперь говорить… Много они с Кристиной греха приняли, это да. Если вспомнить… Хотя лучше не вспоминать, только душу лишний раз бередить. Она и без того неспокойна, душа-то. Вина в ней сидит червоточиной, никак от нее не избавишься. Трудно уж очень самой себе правду сказать… А правда в том, что так и не смогла она по-настоящему полюбить приемыша. Не смогла. И сколько раз думала об этом: была бы возможность откатить годы назад, в тот злосчастный день… Ни за что бы Наташку не послушала тогда, ни за что!
Хотя если уж совсем честной быть… Ведь нет за ней никакой вины? Старалась ведь, от души старалась матерью приемышу стать! Ведь никогда ни словом, ни делом ее не обидела, не попрекнула… Несла на себе этот крест молча и терпеливо. Понимала, что природу не обманешь, что и впрямь яблоко от яблони далеко не падает.
Да, старалась… Но старания тут мало, наверное. Тут материнская любовь нужна, природная, честная. Выходит, не смогла настоящей матерью стать. Да и Гриша, муж, тоже отцом не стал, по большому счету…
А Наташа смогла, выходит. Смогла… Так смогла, что про себя забыла. Да и хватит с нее теперь! Может, хоть сейчас найдет свое счастье, когда Кристина уйдет из дома? Хоть и нехорошо получилось, что с этим Виктором женатым связалась, но с другой стороны – пусть забирает ее поскорее. Пусть теперь он этот крест несет, если сам такое решение принял. Пусть…
Так раздумалась, что не услышала, как Наташа ее окликнула:
– Мам, ты чего? Будто не слышишь…
– А? Что, доченька, что? – встрепенулась Любовь Сергеевна испуганно. – Прости, я чего-то задумалась…
– У тебя борщ в тарелке остыл, мам… Хочешь, подогрею? И пирог ты даже не попробовала…
– Что-то не хочется мне ничего, Наташенька. Я потом… Вот дождусь Гришу, тогда…
– Так он скоро придет, наверное. Покормишь его сама? Я помогу Кристине чемодан разобрать. Потом мы еще хотели в торговый центр пойти, что-нибудь купить мне для свадьбы… Как оказалось, мне и надеть нечего. Свадьба же в ресторане будет… А может, и ты с нами, мам? И тебе что-нибудь купим…
– Да не надо мне ничего. Есть у меня выходное платье, в нем и пойду. А отец костюм синий наденет, он у него еще как новый смотрится.
– Ну ладно, как хочешь… Мы вернемся и все вместе тогда посидим…
Вечером они и впрямь оказались за одним столом. Кристина раздала подарки, была улыбчива и мила на удивление. И настроение у всех было хорошее – так редко собирались все вместе… Со стороны посмотреть – настоящая идиллия! Дружная семья…
А потом у Кристины зазвонил телефон. Вышла с ним из комнаты, но вскоре вернулась. Села за стол, проговорила деловито:
– Витя спрашивает: сколько народу с нашей стороны будет?
Мать с отцом переглянулись, потом отец сказал осторожно:
– Да сколько уж там народу… Мы с матерью да Наташа… Никто больше и не пойдет на такую свадьбу…
– Какую – такую? – с вызовом спросила Кристина.
– Да такую! – тоже не удержался отец. – Такую, что людям стыдно в глаза глядеть! Ты девчонка, ребенок еще, считай… А он взрослый мужик, женатый, трое детей! Ты хоть знаешь, что к нам жена его приходила, когда ты на свои юга улетала?
– Гриш, Гриш… Не надо, прошу тебя… – заторопилась его успокоить Любовь Сергеевна. – Нельзя тебе, опять давление поднимется… Пусть все идет как идет, Гриш…
– Можно подумать, от вас что-то зависит, ага! Будто я вашего разрешения буду спрашивать, что мне делать или не делать! – запальчиво проговорила Кристина. И, помолчав, добавила сердито: – Ничего, скоро избавитесь от меня, вздохнете спокойно! А то я вам как кость в горле… Всю жизнь мешаю…
– Да ты… Да как тебе не стыдно-то… Да как ты можешь так говорить… – схватившись за сердце, тихо проговорил отец.
– Что, плохо тебе, Гриш? – засуетилась Любовь Сергеевна. – Сейчас, сейчас, я тебе валерьянки накапаю… А лучше пойдем, тебе прилечь надо… Пойдем…
Когда родители ушли, Наташа спросила тихо:
– Ну зачем ты так с ними, Кристина? Зачем?
– А я, что ли, первая начала? Они же сами… А это правда, что к ним Витина бывшая жена приходила?
– Правда.
– И чего хотела от них?
– Да ничего… Просто плакала… Говорила, что не знает теперь, как дальше жить. Мама с папой успокаивали ее, извинялись.
– За что извинялись? За меня? Что я дрянь такая, да? Небось объясняли им, что и сами меня на помойке подобрали?
– Ну перестань, что ты такое говоришь…
– Я знаю, что говорю! Еще и возмущаются, главное… Им, что ли, решать, за кого мне замуж выходить?
– Так они же о тебе беспокоятся, Кристина…
– Да ладно! Я же понимаю, что я им по фигу! С глаз долой, из сердца вон! Что, разве не так?
– Нет, не так! Они любят тебя, Кристина!
– А если любят, то пусть отстанут! Ну что, что им еще от меня надо? Виктор за все заплатил, ресторан заказал, машины, платье… А они еще кочевряжатся! Ни одной копейкой не ударили, а туда же, гордые, блин! Да пусть вообще не приходят, мне-то что! Зато моих друзей много придет! Это моя свадьба, а не ваша! Да ну вас всех…
